Пока я размышлял, Джинни мило чирикала с Миллисентой о своем, о девичьем, а Невилл, высунув язык от старания, сочинял эссе по гербологии. Потом поднял взгляд, увидел что-то и густо покраснел.

Я посмотрел в том же направлении: к стойке мадам Пинс подошла та странноватая девочка с Рейвенкло. Она была очень симпатичная, только всегда витала в каких-то заоблачных высях, да и выглядела своеобразно. Впрочем, Невилл может позволить себе выбирать кого угодно, у него бабушка и к магглорожденным лояльно относится.

— Невилл, познакомься уже с ней, — шепотом сказал я. — Что ты маешься?

— Как?! — прошелестел он.

— Подойди и скажи «привет»!

— Ага, а она скажет, что со слизеринцами не общается!

— Откуда ты знаешь, если не пробовал? — вмешалась Джинни, прислушавшись к нашей перебранке пианиссимо.

— И верно, — неожиданно поддержала Миллисента, взглянув на меня с явным намеком. — Ты ведь действительно не пробовал. Попытайся.

— Да вы что, я не смогу… — прошипел Невилл, явно стараясь спрятаться под стол.

— Ладно, я сама, — пожала плечами Джинни, встала и решительно направилась к той девочке, вдумчиво перебиравшей книги.

Миллисента с интересом посмотрела ей вслед.

— А разве Джинни не сговорена с Невиллом? — спросила она неожиданно.

Тот покраснел еще сильнее, хотя, по-моему, дальше уже было некуда.

— Нет, — честно ответил я. — Просто нам нужен был повод, чтобы убраться из дома. Миссис Лонгботтом опекает нас неофициально, как-то договорилась с нашими родителями. Ну да она может… Хотя, не скрою, был у меня план женить Невилла на сестренке!

— Плохо спланировал? — улыбнулась она, а я отметил, что улыбка Миллисенту очень красит, и даже немного неровные передние зубы ее не портят. У Грейнджер вон какие — а что толку?

— Спланировал хорошо, но оба кандидата оказались решительно против, — вздохнул я.

— В следующий раз подбирай кандидатуры тщательнее, — посоветовала Миллисента, глядя с явным намеком.

— Это была тренировочная партия, — не остался я в долгу, — теперь я постарался учесть свои промахи.

— Будем надеяться, — серьезно сказала она и встала, чтобы уйти.

Я приподнялся вслед — наука миссис Лонгботтом. Конечно, в классе не будешь вставать, когда встает девочка, но здесь хотя бы обозначить жест уважения можно.

Невилл тяжело вздохнул.

— Вот ты шпаришь, как по писаному, — сказал он. — А у меня сразу сердце в пятки уходит, руки трясутся, и я вообще забываю, что хотел сказать.

— Невилл, ты не поверишь, — ответил я, — у меня сейчас под мантией вся спина мокрая. Придем в спальню — покажу рубашку.

— А как же ты…

— Силу воли натренировал, — сказал я. — Ну и заранее придумал несколько фраз, которые в любой ситуации можно использовать, если вообще не знаешь, что сказать. Правда, сейчас импровизировал, потому и взмок.

— Надо попробовать, — кивнул он, — а то вон Малфой за словом в карман не лезет, а я стою и мычу, как дурак… хорошо, если завтра придумаю, как можно было ответить!

— Потому и говорю — заготовки нужны, мало ли, растеряешься, — ухмыльнулся я, и тронул его за рукав: — Смотри.

Джинни успела поздороваться с рейвенкловкой (это я заметил, пока говорил с Миллисентой), та кивнула в ответ, но больше никак не отреагировала. Сестренка для вида спросила какую-то книгу у мадам Пинс, а пока та искала нужное, завела разговор. Ну, попыталась завести… С другой стороны, у Джинни даже мамочка не вырвется.

— У тебя очень оригинальные украшения, — сказала сестра. — Тебе идет.

— Спасибо, — невозмутимо ответила девочка. — А у тебя очень красивые волосы. Почему ты их не распустишь? Так красивее.

— Неудобно, — пожала плечами Джинни, — они длинные, мешают, да и вообще в школе принято выглядеть опрятно. У тебя вот тоже волосы длинные и цвета необычного, только очень уж запутанные. Тебе бы пошла французская коса. Или другая прическа. Их ведь можно менять хоть каждый день.

— А как это — французская коса? — неожиданно заинтересовалась та.

— Могу показать, — коварно ответила сестра, — но, конечно, не в библиотеке. Встретимся где-нибудь на нейтральной территории, хорошо?

— Почему на нейтральной?

— Боюсь, твои сокурсники не поймут, если я приду к вам в гости, — притворно вздохнула Джинни, и я понял, что миссис Лонгботтом успела натаскать ее будь здоров, как. Раньше сестра тоже могла вить веревки из окружающих, только выражалась куда как проще.

— Почему? — повторила рейвенкловка.

— Я со Слизерина.

— И что? — не поняла та. — Ну… давай, я приду к вам.