— Твоя мама очень мне помогла, — осторожно начал он.

Я кивнул.

— Меня Гарри зовут.

— Так мы знакомы, — напомнил я.

— А, точно…

На мое счастье, по вагону прошла продавщица сладостей, и Гарри отвлекся на нее, скупая все подряд. У меня денег не было (припрятанные в ботинке два сикля не считались), так что я и не посмотрел на нее.

— Ты не любишь сладкое? — предпринял очередную попытку Поттер, потроша упаковки с шоколадными лягушками.

Я неопределенно пожал плечами. Люблю я сладкое, Мерлин тебя подери, но подачку не возьму. И без того на каждом углу слышишь, что наша семейка живет впроголодь. Это неправда, но, признаться, со стороны так мы и выглядим.

— Есть много сладкого вредно для зубов! — выпалил кто-то с порога, и я увидел симпатичную девчонку с копной каштановых кудрей. — Так мои родители говорят, а они знают, они стоматологи!

— Ну, ты-то явно сладкого не ешь, вон зубы какие шикарные, — сказал я, и девчонка смутилась: передние резцы у нее были крупноваты. — Извини, мы твоего совета не спрашивали, сами разберемся. Или тебе места не хватило? Так заходи, тут есть еще свободные…

— Нет, — чуточку смешалась она, — я просто помогаю Невиллу искать его жабу!

Девчонка посторонилась, и я увидел чуть полноватого мальчишку наших лет. Точно. Лонгботтом, второе, неудачное дитя пророчества… На ловца и зверь бежит, как выражается мой второй по старшинству брат.

— Невилл? Заходи к нам, присаживайся, — пригласил я. Лонгботтом чистокровный, это может пригодиться.

Он несмело вошел и сел на краешек лавки.

— Гарри, дай ты ему шоколаду, — сказал я, — не жмись!

— Я не жмусь! — тут же возмутился он и всучил Невиллу несколько упаковок сладостей.

— Спасибо… — застенчиво сказал тот. — Мне много нельзя…

— За знакомство можно, — улыбнулся я. Так говорил мой первый по старшинству брат. — Слушай, а может, твоя жаба — вроде моей крысы, только наоборот?

— То есть? — не понял Лонгботтом.

— Я от своей мечтаю избавиться, но никак не выходит. А ты свою постоянно теряешь. Вот бы нам поменяться!

— И правда! — заулыбался он. — Ой, а что же мы девочку не пригласи… А где она?

«Надеюсь, очень, очень далеко от нас, — подумал я. — Явно магглорожденная, даже полукровки не бывают такими… такими… Короче, ясно с ней всё!»

Мы с Невиллом мирно болтали, рассуждая о факультетах и всем таком прочем, Гарри слушал нас в оба уха, изредка вставляя пару слов, и я убеждался, что мне-то детство досталось просто сахарное! Меня не пытались утопить и не выкидывали из окна, чтобы пробудить магический дар, как Невилла. Меня не били, не запирали в темном чулане и не держали впроголодь, как Гарри. Да, по дому я работал, но тут уж никуда не денешься, домовиков-то у нас нет (а надо бы узнать, почему, сделал я себе мысленную пометку). Да, надо мной прикалывались старшие братья, но все-таки без членовредительства, мои собственные промашки не в счет…

— Говорят, в этом поезде едет Гарри Поттер? — высокомерно спросили с порога.

— Ага, это вот он, — ткнул я пальцем в Гарри и продолжил выспрашивать Невилла о том, как же дядя Энджи умудрился не угробить племянничка.

Драко Малфой — а это был он, кому ж еще! — чуточку смешался, видимо, не ожидал такого приема. И такой компании.

Невилл съежился. В исполнении парня с его комплекцией это выглядело жутко забавно. Гарри насупился и всем своим видом дал понять, что разговаривать не намерен (он уже успел рассказать, как столкнулся с Малфоем у мадам Малкин). Я знал, что папочка мой находится в очень натянутых отношениях с Малфоем-старшим, но продолжать семейную традицию портить отношения со всеми нужными людьми не желал, поэтому примирительно сказал:

— Малфой, ты его напугал. Полегче на поворотах, ага? Он же с магглами рос, вдруг за контролера тебя принял?

Двое вечных спутников Малфоя заржали, значит, глупую шутку поняли.

— Ну конечно, Уизли, уж ты-то контролера наверняка чуешь за милю и спешишь удрать, как вечный безбилетник, — выдал Драко, чем поразил меня до глубины души. От него я знания маггловских реалий не ожидал!

— А сам-то ты сегодня что, с билетом едешь? — не остался я в долгу.

Лонгботтом несмело хихикнул, видимо, тоже что-то такое слышал.

Малфой переварил сказанное и — вот диво-то! — соизволил усмехнуться.

— Неужто не все Уизли — записные идиоты? — произнес он.

— У тебя еще будет время в этом убедиться, — сказал я, даже не подумав оскорбиться. Если он скажет такое близнецам, то я ему не завидую… впрочем, ему инстинкт самосохранения не позволит. Старших тут нет, кроме Перси, а Перси — болван, это даже папочка признает, пусть и со вздохом.

— Мерлин великий, как интересно начинается учебный год, — покачал головой Малфой и удалился.