— Кровь была повсюду, — говорит Джошуа, широко размахивая руками, но тут замечает, что Таня смотрит на него. — Такая вот неприятность, — добавляет он неубедительно. Таня шлёпает его по плечам, поднимается с его колен и садится рядом с Кейси и Уорреном. Но она не злится — смеётся над собой вместе со всеми.

— Прости, милая, — произносит Джером. — Лурдес посчитала, что тебе понравится небольшое посвящение.

Он наклоняется и целует её в щёку, на его лице отражается неприкрытое влечение. Лурдес подмигивает ему и забирает у него одну бутылку. Джером уходит поболтать с остальными, а мой страх превращается в выброс адреналина.

— Ты ведь не сердишься? — робко спрашивает меня Лурдес. Она опускает руку и отходит чуть назад, чтобы посмотреть на меня.

— Я не сержусь. Правда.

Теперь, когда я знаю, что никакой призрак не приволочился, чтобы вселиться в моё тело, мне снова весело. Я беру себе ещё бутылку у Джерома. Остальные взрываются смехом каждый раз, когда смотрят на меня, и, в конце концов, никто из нас не может сохранять невозмутимый вид.

— А Леннокс существовал на самом деле? — требовательно спрашиваю я у Лурдес.

— Нет, — качая головой, отвечает она. — Я его выдумала. — Умолкнув, она смотрит на «Руби» и пьёт пиво. — В ту ночь никто не пытался помочь им выбраться из зала. Они просто оставили их гореть.

Глава 7

Не знаю, как долго мы уже здесь. Таня и Уоррен тайком исчезают в деревьях, Кейси и Джошуа смеются и перешёптываются с другой стороны фонтана. Лурдес остаётся со мной, но они с Джеромом постоянно обмениваются взглядами, и я чувствую себя лишней. Она напоминает мне Дэниела — тем, что всех притягивает к себе. Только держится скромно, а не принимает это внимание как должное.

Я гадаю, который час. Сейчас время постоянно остаётся для меня загадкой. Моё пиво закончилось, но я принимаю сознательное решение больше не пить. Я и так уже не знаю, как буду себя чувствовать, когда Элиас уйдёт с вечеринки. В руке опять начинает болеть, где-то в кости. Та же самая боль, что мучила меня перед тем, как я легла спать. Я вращаю плечом.

— Ты в порядке? — повернувшись ко мне, спрашивает Лурдес. Из кустов, шатаясь, появляются Таня и Уоррен, смеясь над чем-то.

— Болит рука, — отвечаю я Лурдес, словно не происходит ничего особенного. — Всё в порядке. Наверное, просто потянула мышцу.

Лурдес отдаёт Джерому свою бутылку и встаёт на ноги. Джошуа наклоняется вперёд, чтобы посмотреть, что происходит.

— Пойдём, — говорит мне Лурдес. — Становится поздно. — Она поворачивается и смотрит на сидящих слишком близко друг к другу Джошуа и Кейси.

— И жутко, — усмехнувшись, добавляет Джером.

— Если у тебя болит рука, — продолжает Лурдес, — то у меня в комнате есть лекарства, которые должны помочь.

— От этого дерьма нет никакого толку, — говорит Таня, падая рядом с Джеромом. Её лицо горит, это заметно даже в слабом свете фонарей.

— Ей поможет, — тихо отвечает Лурдес. — Она не так невосприимчива, как мы с вами.

— Лурдес собирает то, что осталось в номерах, — объясняет мне Джошуа. — Одежду, журналы, таблетки — у неё уже собственный небольшой магазинчик. Так мы не отстаём от жизни.

— Ты всегда останешься хамом, Джошуа, — говорит Таня. — Этого не изменят никакие элементы культуры.

Она пристально смотрит на Кейси, и девушка вся сжимается, явно униженная. Уоррен выразительно глядит на Таню, а затем садится рядом с Кейси.

Джошуа кладёт ладонь на сердце.

— Я ранен, — с насмешкой отвечает он Тане. — Поцелуй меня, облегчи эту боль.

Он улыбается дьявольской улыбкой, но Лурдес уже берёт меня за руку, чтобы помочь встать, и мне не видно, согласилась ли Таня на его предложение.

Если честно, я не хочу принимать никакие лекарства. Я уже принимала их, после смерти мамы перепробовала всё, что нашлось в аптечном шкафчике. И от этих таблеток меня клонит в сон. А я не хочу спать. Я хочу найти Элиаса и поцеловать его. Прижав пальцы к губам, сдерживаю дикий смех, который готов вырваться наружу. Это так не похоже на меня. Или… может быть, это и есть я. Я пойду с Лурдес, возьму у неё таблетки, но потом направлюсь прямиком к стойке регистрации. И попрошу своё приглашение на вечеринку в бальном зале.

***

Лифт протяжно скрипит, опуская нас всё ниже. Лурдес стоит рядом со створками, и теперь, когда мы с ней одни, я наконец смогу выяснить, во что именно втянул себя мой брат своим последним неудачным решением.

— Могу я спросить тебя кое о чём?

Лурдес смотрит на меня через плечо, закусив губу, словно пытается не улыбнуться.

— Конечно.

— Что такого особенного в Кэтрин? — я стараюсь, чтобы в голосе не звучало раздражение.

— Я всё гадала, когда же ты спросишь о ней, — отвечает Лурдес, прислоняясь плечом к стене лифта. — Я заметила, что тебя передёргивает каждый раз, когда упоминается её имя.