— Твоё имя, как для собаки бесшумный свисток?

— Не обращай на нее внимания, — кричу я ему, опираясь на край дивана. — Она нервная.

— Я не нервная.

— Почему она нервная?

— Разве я не сказала, что не нервная?

— Потому что новый бармен потревожил ее покой под юбкой. — Мое хихиканье следует за ее рычанием на меня.

— Знаешь, когда ты пьяная, ты немного раздражаешь.

— Ты пьяная? — в голосе Логана сквозит неодобрение.

К черту. Он не может осуждать меня.

— Немного. Я совершеннолетняя, офицер. — Я кладу руку на бедро, когда он удивленно поднимает брови.

— Почему она пьяная? — его неодобрение переходит на Эрин.

Понимая, что у нее появляется шанс сделать кого-то другого несчастным, она говорит с ухмылкой:

— Мы немного пошалили после работы с Тони.

Его хватка на перилах усиливается, мышцы перекатываются, словно сексуальные волны.

Вы тоже это видели? Даже злой он выглядит таким сексуальным. Ням. Я действительно только что сказала «ням»?

— Немного выпивки… немного веселья… немного прикосновений.

Она подмигивает мне, прекрасно зная, что единственное, что сегодня было между мной и Тони — это то, что я сидела пару минут на его коленях.

Хотя, у него появился стояк, пока я находилась там.

Понимая, что добилась успеха, она вздыхает:

— Ну что ж, я в свою комнату. Спокойной ночи, Логан.

— Спокойной ночи.

— Ты сможешь подняться по лестнице? — она смотрит на меня с огоньком в глазах.

Ненавижу.

— Да. Я отлично с этим справлюсь. Я не настолько пьяна.

Я широко улыбаюсь ей, и затем она исчезает в своей комнате, пока я медленно поднимаюсь по лестнице, все еще находясь под испепеляющим взглядом Логана.

Говоря «испепеляющий», я имею в виду, что он может вполне расплавить даже солнце.

Когда я добираюсь до второго этажа, делаю глубокий вдох, запах его лосьона после бритья соблазняет меня протянуть руку и дотронуться до него. Лизнуть его. Ласкать до изнеможения.

Я становлюсь слишком похотливой. Извините.

— Хочешь посмотреть со мной телевизор, пока я не усну?

— Конечно, — выражение его лица смягчается.

Я направляюсь прямиком в свою комнату, он идет за мной по пятам. Внутри, я понимаю, что нужно переодеться и мне приходит в голову идея подразнить его. Показать ему немного больше того, что он теряет в моем лице. Логан закрывает за собой дверь, а я разворачиваюсь, снимая одним рывком свою футболку. Он едва успевает спросить:

— Что ты делаешь?

Опираясь на свой комод, что располагается перед окном, я немного выпячиваю свои сиськи вперед, бюстгальтер с низким вырезом был сегодня утром единственной чистой вещью… Если этим утром я злилась по этому поводу, то теперь… мне кажется это лучшим решением, что я когда-либо принимала.

— Переодеваюсь. Проблема?

Его кадык медленно дергается, когда он облизывает губы, его глаза сосредоточены на моей груди, у него явно стояк в джинсах. Прочищая горло, он пытается отделаться от этого и плюхается на край моей кровати. Он берет пульт с моей тумбочки, пристально смотрит на экран телевизора.

— Нет.

Я разворачиваюсь, нахожу в выдвижном ящике просторную футболку, натягиваю ее и расстёгиваю застежку бюстгальтера, прежде чем снять джинсы, не снимая стринги.

Я никогда не сплю в стрингах. Неудобно. Я сплю или в шортах для йоги или в удобных трусиках-шортиках, но как я уже сказала, я демонстрирую ему, что он теряет.

Он смотрит на меня и спрашивает:

— Ты не собираешься…эээ…надеть нижнее белье в кровать?

— Уже надела, — пищу я, плюхаясь на кровать рядом с ним. — По крайней мере, сегодня.

Мой ответ заставляет его пройтись языком по своим губам.

Боже, я хочу его в своем рту.

— Я в стрингах.

Что-то похожее на глубокий тяжёлый вздох вырывается из его горла до того, как он устраивается рядом со мной на кровати, он приподнимается, выключая свет. Логан протягивает мне пульт, чтобы я могла быстро просмотреть, что я хочу, но я уверена, что он сделал это, чтобы и дальше смотреть на меня.

— Ты повеселилась сегодня вечером?

Я пожимаю плечами, останавливаясь на кулинарном канале. На нем не нужно сосредотачиваться, что к лучшему, потому что сегодня мы займемся хотя бы петтингом.