– Они тебя не услышат, - сказала Икеда. – Ты ведь сказала, что Юу произошел от Сусаноо? А Джун он Аматэрасу. Они не прекратят сражаться даже через тысячи лет. Меняются воины, но не суть.

Шинаи трещали от столкновений, молнии освещали небо, преследуемые грохотом грома. Дождь смывал следы чернил с их лиц.

Джун ударил шинаем по ноге Томо, и тот упал в грязь. Я вскрикнула и побежала ему на помощь.

– Назад! – крикнул Томо, вскинув руку. Шинай Джуна ударил его по спине, он рухнул в грязь, все еще вытягивая руку.

– Хватит! – крикнула я Джуну, вцепившись в его плечо.

Стоило его коснуться, как меня словно пронзило током. Каждый нерв в теле вспыхнул, и я стала видеть все четче, чем раньше. Дождь звучал громче. Голоса гремели в голове. Джун тоже вздрогнул.

Чернила во мне пробуждались. Я это чувствовала, словно заметила кого-то, тихо сидевшего в углу и следящего. Ждущего.

Томо поднялся на ноги и уронил шинай, отталкивая Джуна обеими руками. Джун все еще был потрясен, и потому он рухнул на землю, как подкошенный.

Томо упал на него и ударил его в челюсть.

Джун закричал, и дождь превратился в чернила. Молния ударила в вершину горы Куно, где находился храм Токугавы. Томо посмотрел на чернильный дождь, и Джун воспользовался шансом отбросить его и встать на ноги. Он вытянул пустую руку, и чернила собирались в его ладони, словно черная вода. Вскоре в каждой его руке был шинай.

– Вот и все? – Джун тяжело дышал, содрогаясь. – Я ожидал от сына демона большего.

– Я еще не закончил, - сказал Томо, в его левой руке чернила сплели второй шинай. – Ты ведь еще дышишь.

– Жаль тебя разочаровывать, - отозвался Джун. Он взмахнул чернильными крыльями и взмыл в небо. Томо сел на колени и закричал самый громкий киай из тех, что я слышала. Он оттолкнулся от земли, они оказались в воздухе, шинаи трещали, все напоминало сражение в каком-нибудь фильме.

Я знала, что был особый стиль кендо, где использовались два шиная, но я не знала, что они ему обучены. Может, они и не умели. Может, это был лишь инстинкт. И с каждым треском шинаев в небе появлялась вспышка голубой молнии, грохотал гром. Дождь лился над поляной, оставляя на ней лужи чернил.

– Они убьют друг друга! – закричала Икеда, ее было едва слышно из-за дождя. Неужели они зайдут настолько далеко?

Джун мог. Он уже убивал.

Нет. Мы должны их остановить.

Медные волосы Томо прилипли к его голове, чернила стекали по ним черными струйками. Перья на их спинах постоянно таяли и снова появлялись под дождем.

Джун закричал на Томо, тот крикнул в ответ, они снова столкнулись, крылья били по воздуху. Трава подо мной пригнулась к земле из-за ветра.

Сусаноо был ками бури. Чем сильнее они сражались, тем хуже была погода, и я не знала, как их остановить. Поляну заливал дождь, вокруг было слишком много чернил. А если Томо потеряет контроль? Я должна помешать крови Сусаноо пробудиться в Томо.

Икеда была права. Сусаноо и Аматэрасу никогда не прекратят сражаться. Я не могла выступить против Сусаноо одна. Мне нужен был союзник.

Рисунки Томо тонули в грязи, покрытые каплями чернил. Я схватила ближайший, но он был слишком грязным, чтобы его можно было использовать. Я достала блокнот Томо и открыла его. Все рисунки рвались на волю, края страниц обтрепались. Зачеркнутые кои пытались укусить друг друга, чтобы вместе стать длинным драконом. Лошадь, на которой мы катались в Торо Исэки, испуганно ржала и рыла копытом землю. Трясогузка била крыльями так сильно, что пролистала все страницы в начало. Я видела ее острые когти, потому поспешила закрыть ее.

Я схватила один из рисунков Аматэрасу и закрыла блокнот. Я схватила ручку, что была привязана к обложке.

Нервно я провела последний штрих, соединив ухо и подбородок, завершив рисунок.

Ничего не случилось. Мои способности Ками были слишком слабыми, чтобы делать что-то, кроме выбивания сил Томо и Джуна из контроля. Я не смогла уничтожить дракона, которого нарисовал Томо, я не смогла и завершить рисунок.