– Но я хотел убедиться, что с тобой все в порядке. Мы о многом говорили. Я уж побаивался, что запугал тебя.

– Нет уж, - ответила я. – И это правда, Джун. Ты угадал. Я говорила с тетей, и оказалось, что был странный случай. Мама съела нарисованную питахайю. Она чуть не умерла.

– Хонтоу ка? – спросил Джун. – Серьезно?

Я кивнула, хотя он не мог меня видеть, и вытянулась на кровати рядом с тетрадями и учебником. Я смотрела на порезы на руках и ногах от светлячков.

– И еще кое-что, - сказала я. – Джун, сегодня меня укусил жук. Глупо, но… я испугалась.

– Испугалась? – голос его стал громче, чем обычно. В груди стало теплее от мысли, что он беспокоился обо мне.

– У меня вместо крови текли… чернила. Что это значит?

Молчание. Я сказала что-то не так?

Его голос был холодным.

– Что тебя укусило?

– Светлячок, - сказала я, сердце колотилось. Почему он заговорил так? Что-то не так? Неужели… со мной что-то не так?

– Он нарисовал его, да? – резко сказал он. Глубокий вдох. – Светлячок. Ты была рядом с ним, когда он рисовал.

Я почувствовала раздражение. Почему я должна перед ним отчитываться? Он звучал почти ревниво.

– Знаешь что? – спросила я, дрожа. – Это не твое дело. Забудь мои слова.

Он взорвался.

– Ты думаешь, это все игрушки?

Слова меня напугали.

– Я не должна тебе отвечать, Джун.

– Не во мне дело, - сказал он. – Каждую минуту с Юу ты подвергаешь опасности и свою, и его жизни. Весь мир. Забыла мои слова о бомбе? Зачем ты играешь с огнем, Кэти?

– Ты ничего не знаешь, - я села и обхватила рукой колени.

– Не знаю, - сказал он. – Но ты ведь знаешь? Ему становится хуже. Фейерверки, то, как ты отреагировала на нарисованный мной стакан с водой, и чернила вместо крови…

– И что мне делать? – спросила я. – Уехать из Японии?

– Юу захватит его Ками раньше, чем он научится управлять чернилами. Это станет смертельно для него или для тебя. Что-то еще было? Помутнение? Кошмары? Необъяснимые рисунки или что-то странное? Хоть что-то из этого…

– Нет, - соврала я, дрожа. – С ним все в порядке.

– Кэти, если ты истекала чернилами, значит, они пытались проникнуть в Юу. Он – магнит, он пробуждает чернила в тебе. Если он не придет ко мне за помощью, тебе будет больно, а потом пострадает и вся Япония. Это не игра. Тебе нужно держаться от него подальше.

Слезы застилали глаза. Жизнь без Томо… я не выдержу.

Его голос стал теплым и успокаивающим.

– Я знаю, что… у тебя есть к нему чувства, Кэти. Но если ты останешься с ним, это уничтожит вас обоих. Этого ты не захочешь.

– Другого выхода нет? – спросила я. Конечно, он был опасен, но он не мог причинить мне боль. Хотя на тренировке, если не Ишикава, это случилось бы.

– Мне очень жаль, - сказал Джун. – Пока Юу не обратится ко мне за помощью, он вряд ли будет… не опасным.

– А если… он присоединится к тебе? С ним все будет в порядке? – я не могла поверить, что говорю это.

Я слышала дыхание Джуна.

– Мне нужна твоя помощь, чтобы убедить его. С ним Ками вернут то, что по праву наше. Он перестанет терять контроль, он станет тем, кем должен быть.

Лучше ему не станет. Он превратится в монстра, которого боялся.

– Но пока этого не случится, тебе нужно держаться от него подальше. Он может отреагировать на расстояние, ему может стать хуже, но ужаснее всего будет, если ты вернешься к нему. Это словно наркотики, которые мой отец рисовал якудза. Тебе кажется, что без него тебе будет ужасно плохо, но с Юу ты можешь погибнуть. Он может погибнуть.