Теннесси. Теперь она живет с нами. Просто не надо, ладно? Она не...У неё кое-какие

проблемы. Она с тобой не справится, - сказал он, потом повернулся к Райкеру и добавил, -

и с тобой.

– Я могу помочь ей с проблемами! Я чертовски хорош в этом, - ответил Райкер и широко

улыбнулся.

Чего не скажешь про меня. У меня были свои собственные проблемы и мне нужно было

скрыться от них, так что, дерьма достаточно. К тому же, её проблемы не могли быть хуже, чем мои. Ничьи проблемы не были хуже, чем мои.

Брэди продолжил.

– Она не разговаривает. Не может. Я взял её сегодня лишь потому, что мама заставила

меня, сказал ей, что она может остаться со мной, но она отказалась. Она не в теме вообще, я не думаю.

Я вновь посмотрел на неё, но её уже не было.

Так, у Брэди была красивая, но сумасшедшая, молчаливая кузина. Странно.

– Позорище. У нас появилась новая девчонка, у которой есть на что посмотреть и она твоя

кузина, и еще немая, - сказал Гуннер и отхлебнул пиво.

Брэди этот комментарий не понравился, вообще не понравилась вся ситуация. Я смог

прочесть это у него на лице. Однако, Гуннер был прав. Наш городок был полон таких же

девушек, еще с начальной школы. Они были скучны, поверхностны и я переспал со всеми

мало-мальски симпатичными из них. Никто не смог отвлечь меня. Все они чертовски

раздражали.

Гуннер встал.

– Возьму еще пива, - объявил он и ушел. Гуннер обеспечивал нашу безопасность. Если нас

поймают нетрезвыми, у его папочки достаточно связей, чтобы вытащить наши пьяные

задницы из полицейского участка. А мне на самом деле было интересно, они же знали об

этом, поэтому они никогда не ездили этой дорогой?

Мой телефон снова зазвонил, и мой желудок автоматически сжался. Я быстро достал его

из кармана и увидел на экране "Мама". Дерьмо.

Без объяснений с ребятами, я поставил пиво и отошел, до того, как ответить на звонок.

– Мам? Все в порядке?

11

– Ох, да. Я просто хотела сказать тебе, что оставила немного жареного цыпленка в

духовке, чтобы он не остыл. И было бы здорово, если бы ты проезжая мимо, заехал в

Уолмарт и купил молока.

После задержки дыхания, я сделал вдох. Папа был в порядке.

– Конечно, да, мам. Я куплю молока.

– Ты сегодня будешь поздно?
– спросила она и, я заметил в голосе напряжение.

Чего-то она мне не рассказывала. Возможно, папе стало хуже и еще больнее.

– Я, нет, ух, я скоро буду, - заверил я её.

Она облегченно вздохнула.

– Хорошо. Что же, будь осторожен за рулем. Пристегнись. Люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, мам.

Я закончил звонок и направился к своему грузовику. Я собирался уходить, готовый

покинуть вечеринку уже до того, как она спросила меня, буду ли я дома и как поздно. Все

становилось еще хуже. Отец был едва ли в состоянии сам встать с кровати. Хреновы

врачи, ничего не могли для него сделать.

Мою грудь сдавило, что трудно было дышать. В последнее время ему становилось все

хуже и хуже. Я не мог вздохнуть, словно все мои страхи одновременно схватили и сжали

мое горло. Злость начала разливаться по моим венам. Это не справедливо! Мой отец был

хорошим человеком. Он не заслуживал этого. Где был бог, когда позволил случиться этому

дерьму. А моя милая мама, мой отец нуждался в ней. Она, тем более, этого не

заслуживала.

– Проклятье! - заорал я и ударил обеими руками по капоту своего грузовика. Это

разрушало всех нас, но я не мог никому рассказать. Справляться с сочувствием людей, которые понятия не имели, что ты чувствуешь, это еще одно дерьмо, в котором я не

нуждался.

Движение слева привлекло мое внимание, и я резко поднял голову, чтобы увидеть, кто

стал свидетелем моего срыва. Сарафан, первое, что я узнал. Он идеально сидел на её

пышной фигуре. Этой девушке повезло, что она не могла говорить. Она не должна была

оправдывать чьи-то надежды. Ей не надо было говорить правильные вещи или поступать

определенным образом. Она склонила голову набок, как будто изучая меня, решая, был ли

я опасен или мне нужна была помощь. Её роскошные волосы и полные губы, безусловно, могли мне помочь. Забыться на мгновение. Забыть, в какой ад превратилась моя жизнь.