Проблем отстрела тайров нет. Вся фишка в несбалансированности дуэльных револьвертов. Сильная отдача, тугой курок. Если напитать руку чакрой, то меткость повышается на порядок. А если напитать чакрой лоб, то и пуля отскочит. Так что я не просто так девушек пользую! Я готовлюсь к захвату этого гнилого мира! Му-а-ха-ха!!!

– Что с вами господин?
– вздрогнула от моего смеха горничная.

– Ничего милая, - улыбнулся я вставая: - Ванна готова? Пора мыться однако. И готовиться встречать гостей.

***

Ну борзота! Эти инспекторы вообще берега потеряли! Чего говорят эльфа улыбается? Работа у нее такая! Целитель она. Когда у лекаря хорошее настроение, то и пациент быстрей лечится. А как ты смеешь эльфов лечить? Эльфолюб? Ну-ка пристрели у нас на глазах свою целительницу...

– А ты вообще кто такой?
– зарычал я в ярости: - Пришел в мой дом и моим имуществом распоряжаешься? Оскорбления благородному тайру бросаешь в лицо? Кто ты вообще есть быдло?

– Я представитель...

– Мне насрать на твое представительство быдло! Кто ты есть сам по жизни?

– Я благородный тайр Малфуа!
– проблеял блондинистый представитель инспекции.

– Малфой?!
– заржал я в голос: - Самый настоящий Малфой? А я думал просто хонта насрала кучку на дороге...

– Да как вы смеете?
– завизжал Малфуа: - К барьеру!

– С удовольствием!
– рыкнул я: - Роммель тащи шпалеры! Кто из вас господа хочет быть моим секундантом?

Инспекторы приперлись аж впятером. Но никто не хотел быть моим секундантом.

– Тогда ты!
– ткнул я пальцем в первого попавшегося: - И только попробуй отказать благородному тайру! Следующим сразу пойдешь к барьеру!

– Да как вы смеете?
– пискнул чернявый тайр, в которого я ткнул пальцем: - Я благородный тайр Лейс не хочу быть секундантом у такого дикаря!

– Ну тогда точно дуэль!
– насмешливым голосом ответил я и ткнул пальцем в следующего: - Ты будешь секундантом!

Молодой паренек открыл было рот, но сразу захлопнул от страха, поглядев в моим глаза суровые.

Мы быстро устроили две дуэли подряд и получили на выхлопе два трупа тайров, а я опять схлопотал пулю в злополучную ногу.

– Отменно!
– радостно крикнул я: - Муа-ха-ха-ха! Я люблю эту страну! И эти законы благородства! Где каждый благородный тайр всегда может получить в наследство земли врагов! И стать дейдром! Надеюсь Малфой был не нищебродом? И этот парень Лейс? Они состоятельные люди?

– Да, - мрачно кивнул мой секундант: - Их земли граничат с вашими.

– Это же замечательно тайры! Кстати вас все еще трое? Мы могли бы еще одну дуэль устроить? Никто не желает пострелять со мной? Или поставим вопрос иначе. Кто из вас тут самый богатый остался?

Парнишка побледнел.

– Я самый бедный!

– Хорошо, тогда я не буду тебя убивать, - хищно улыбнулся я: - Тем более мне всегда нужен будет верный секундант на грядущих дуэлях.

– Тайр, вы ранены, - испуганно напомнили мне оставшиеся двое.

– Вам же легче будет меня добить?
– пожал я плечами: - Ну? Кто из вас? Эне, бене, раба...

В ходе считалочки я выбрал еще одного и изощренно начал оскорблять, смешивая с грязью его достоинство и весь род до седьмого колена.

– Вам нечего сказать тайр? Настоящему тайру всегда есть что сказать!
– издевательски я закончил свою тираду.

Тот обреченно пошел к барьеру. Ббах!!! Еще один труп.

– Отменно!
– дунул я в дуло револьвера: - На сегодня сезон отстрела дураков Дженом Грозным окончен! Честь имею господа тайры! Ей! Секундант! Тебя то как зовут? Будем дружить домами!

– Я тайр Нарик!
– моргая ответил тот и вздрогнул от моего безумного взрыва хохота...

***

Мутуэль вернулся после работы в госпитале и рухнула усталая мне в постель.

– Кошмар сколько работы!
– простонала она, быстро стаскивая с меня штаны: - Господин Джен, вы не могли бы помедленней захватывать новые поместья? Все новые рабы в ужасном состоянии! Я без сил...

– Надо тебе помощниц брать уже, - проворчал я, помогая ей сесть на мой возбудившийся ствол и подавая в него чакру. Рабы в новых поместьях действительно были один хлам. Малфой оказался крутым извращенцем. Скупал самый юный генетический хлам на рынках рабов по дешевке и развлекался пытками девочек. Я поморщился, вспоминая подвал, забитый ушастыми неполовозрелыми девочками лет восьми, у которых головы были выбриты, а вместо волос вбиты мелкие сапожные гвоздики в черепа.