– У тебя проблемы со слухом? Я хочу посмотреть твой музей.

Приллы и пиявки собрались в огромных количествах, они жадно пожирали плавающие куски мяса и усиливали хаос, набрасываясь друг на друга – или на глистеров, хотя это ничего им не давало. Видимость в воде была отвратительной из-за взбаламученного ила и вытекших из внутренних органов соков. Концентрация кусков плоти и поднятого со дна ила была настолько высока, что в воде не чувствовалось вкуса ничего другого. Грохот и стук приллов, бульканье и шипение пиявок, заглушающие все остальные звуки, лишь способствовали несчастливому развитию событий.

– К нам что-то приближается, – сказал Рон, поднимая подзорную трубу.

Джанер огляделся и лишь спустя несколько секунд увидел маленькое, но постепенно увеличивавшееся в размерах пятно. Он снял с ремня усилитель и быстро навел его на объект.

– Будь я проклят… – пробормотал он.

– В чем дело? – спросила Эрлин.

– У него – антигравитационный скутер, – ответил Джанер. – Вероятно, вложил все свои сбережения. Вместе с процентами.

Эрлин рассмеялась, а Джанер мысленно это отметил, вешая усилитель на ремень. Приятно было осознавать, что она не всегда оставалась равнодушной к его словам.

Скутер, остановившись, надолго завис над судном. Морякам уже стало казаться, что он собирается остаться в этом положении, но вдруг машина пошла на снижение и опустилась на самое свободное место палубы.

Джанера едва не вырвало, когда он подошел к скутеру. Вонючее, покрытое коростой существо, несомненно, было Кичем, но сильно изменившимся со времени их последней встречи.

– Думаю, уже слишком поздно, – сказал он.

Эрлин прижала диагностический прибор к предплечью, и покрывавшая руку короста мгновенно треснула и стала сочиться красной плазмой. Женщина посмотрела на показания прибора и непроизвольно сделала шаг назад. Кич повернул к ней голову, и похожая на панцирь кожа треснула, обнажив окровавленные мышцы лица и шеи.

– Ты жив, – только и смогла произнести Эрлин. Кич молча смотрел на нее одним слезящимся голубым глазом.

Джанер не мог отвести от него взгляда, как и все матросы. Действовать начал Рон.

– Ребята, спускайте его в каюту. Только осторожно.

– Я к этому не прикоснусь, – сказала Госс.

Рон посмотрел на нее, удивленно подняв брови, и Госс первая подошла к неожиданному гостю. Когда они сняли Кича со скутера, комбинезон на его животе как-то странно надулся, и Джанер на мгновение с ужасом подумал, что из него вываливаются внутренности.

Он заметил вернувшегося и севшего на плечо шершня только после того, как Кича спустили по трапу.

– Рейф доставил посылку, – сообщил разум. – Она находится в багажном отделении скутера. Возьми ее немедленно.

– Ты не имеешь права мне приказывать, – произнес Джанер так громко, что Рон оглянулся и посмотрел на него. Джанер указал на шершня, капитан кивнул и спустился вслед за остальными.

– Пожалуйста, — сказал разум.

Джанер подошел к скутеру и обошел его сзади. Он немедленно узнал посылку, достал ее из багажника и внимательно осмотрел.

– Положи ее в безопасное место… пожалуйста. Джанер направился к двери своей каюты.

– Что в ней? – спросил он.

– Тебя это действительно интересует?

– Нет, – ответил Джанер. Ему уже приходилось получать подобные посылки.

Он понес ее вниз и прошел мимо забитой людьми каюты, в которой на столе лежал Кич. Оказавшись в своей каюте, Джанер уже собирался положить посылку под койку, но разум остановил его.

– Погоди, – сказал он, словно внезапно о чем-то догадался. Джанер по опыту знал, что для разума ничего не происходит «внезапно», тем не менее он подчинился и стал ждать.

Шершень взлетел с его плеча и сел на футляр. Он подполз к центральной плоскости шестигранника. Мгновенно открылось отверстие, и шершень исчез внутри футляра.

– Теперь ты можешь положить его в безопасное место.

Джанер сунул футляр под койку и пошел посмотреть, что происходит с Кичем. Эрлин выгоняла всех из каюты, когда он пришел.

– Убирайтесь все! Немедленно!

Недовольные матросы неохотно вышли из каюты. Медицинские технологии других миров всегда интересовали хуперов в связи с полной бесполезностью для них самих. Они относились к медицине примерно так, как дипломированный врач – к шаманству.

– Ты можешь остаться, – сказала Эрлин, и Джанер лишь спустя несколько секунд понял, что она имела в виду его.

Он уставился на то, что когда-то было Кичем.

– Чем я могу помочь?

Эрлин показала на автодоктора.