Взглянув на Генри, Кид стиснул зубы. Они поняли друг друга без слов. Услышал их мысленный диалог и Барнер.

– Но мы же совершенно бессильны! Это не тот противник, на которого можно подать в суд. Это военная машина! Люди, облеченные властью и попирающие законы!..

– Мы не собираемся воевать, есть и другие пути… – Кид не договорил. Щелкнул замок, и дверь распахнулась. В проеме стояли Ребель с охранником.

– Ба! Какие люди! – Джек Барнер, засуетившись, подбежал к двери. – Милости просим, сеньоры! Такая радость, просто глазам не верю!

Ребель недоуменно покосился на Барнера. До него еще не дошло, что над ним издеваются.

– Эй, Кид! Улыбнись же гостям! И ты, Генри! Не обращайте на них внимания, мистер Ребель. Издержки дурного воспитания, – журналист оживленно потирал руки. – Признайтесь, мистер Ребель, это ведь вы подслушивали нас в ту ночь?… О! Мсье Торесу повезло. У него преданный помощник. Не будь вас, кто знает, что бы сейчас творилось на флагмане. Мы ведь замышляли бунт, вы знаете? Впрочем, конечно, знаете. Вы прятались у двери и прижимали ухо к замочной скважине. Я узнал ваше пыхтение и старался говорить погромче. Вам было хорошо слышно?…

Ребель раздраженно махнул рукой, но Барнер не позволил прервать себя. Его красноречие прорвалось с неудержимой силой.

– Страшно подумать, мы хотели вздернуть Тореса на рее, вас килевать, а Дэмпси, вы же дружите с ним? – так вот, мистера Дэмпси…

– Дьявол! Да заткните же ему глотку! – рявкнул Ребель. Лицо и шея его побагровели. Чуть пригнувшись, чтобы не удариться о притолоку, в каюту шагнул охранник с винтовкой. Барнер немедленно подскочил к нему.

– Кажется, мы знакомы? О! Да это Примо Карнера собственной персоной! Как ваше самочувствие? Вынужден извиниться за поведение Кида. Временами он бывает невежлив. Кстати, сейчас он немного не в форме, так что можете опустить винтовку…

– Замолчите наконец! – Ребель в ярости сжал кулаки.

– Джек, прекрати, – попросил Генри.

– Само собой разумеется! – журналист подбежал к единственному стулу и с готовностью опустился на него. – Если общество просит.

Гости остались стоять. Впрочем, это никого не беспокоило – в том числе и самих гостей.

– Я буду краток, – процедил офицер. Он все еще боролся с душившими его эмоциями. – Минут через десять за вами подойдет катер. Адмирал сдержал свое слово. Вас возвращают на «Вегу» в целости и сохранности, хотя будь моя воля…

– О! Прекрасно представляю, что бы было! – Барнер подпрыгнул на стуле. – Куда же вы, мистер Ребель? Вы оставляете нас с этим орангутангом? Но за что?! Ради бога, подождите! – он кинулся было за уходившим офицером, но кулак охранника отшвырнул его к стене.

– Выйдешь, когда разрешу, – великан зловеще улыбнулся. – И не советую болтать. На меня это не действует.

Барнер сплюнул на пол кровью. Губы у него были разбиты.

– Подумать только! Снова по лицу и снова от тебя. Это уже чересчур.

– На этот раз ты сам напросился, – пробурчал Кид.

Охранник метнул в его сторону взгляд, и Генри заметил, что в глазах великана мелькнуло опасливое уважение.

– Но за что? – Барнер поднял руки, словно взывая к невидимым небесам. – Я ведь даже не успел спросить, каким образом этот офицеришка умудрился нас подслушать.

– Что-что? – склонившись к журналисту, охранник с медлительностью сгреб его за рубашку. Ткань затрещала, и Генри обеспокоенно привстал. Он уже готов был кинуться на вооруженного пехотинца, когда Барнер с неожиданным миролюбием похлопал своего противника по плечу.

– Успокойся, старина. Ничего плохого я не имел в виду. Конечно же, мистер Ребель не способен подглядывать в замочные скважины.

– Стало быть, ты угомонился?

– Разумеется! Мысль о фарфоровых зубах меня откровенно пугает, – Барнер оскалился. – Лучше уж я сберегу эти. Неплохая идея, как ты считаешь?

Хмыкнув на своей койке, Кид негромко сказал:

– Отпусти его, приятель.

С той же медлительностью пальцы охранника разжались. Выпрямившись, он оглядел всех троих.

– По одному выходите на палубу.

– Все просто, как дважды два, – бормотал Барнер. – Нас разместят на «Веге» и продержат месяц, а то и два. Это ничуть не хуже тюрьмы. Кид за это время успеет подлечить ребра, а я свою челюсть. Что и говорить, каждый найдет себе занятие. Ребель с Дэмпси будут щеголять новыми погонами, Торес уладит дела с прессой, а, переждав немного, отпустит восвояси и нас. Время, сеньоры, коварная штука! Пойди докажи тогда кому-нибудь, что нас охраняли, словно важных государственных преступников.