Шрифт:
– Понял. Пожрать дашь?
– Скоро. Никуда не уходи! – Участковый ухмыльнулся и быстро, бесшумно вышел из допросной, не оглядываясь. Сергар же расслабился и застыл, закрыв глаза и стараясь унять дрожь. Его почему-то трясло. То ли от холода, то ли от нервного возбуждения. Что было довольно странно – что он, никогда не убивал людей? Это был честный бой – подонок сам напросился, и кто виноват, что у боевого мага сработали рефлексы?
Сергар полтора десятка лет занимался и воинскими упражнениями, и упражнениями для поддержания тела в боевом состоянии – как еще могла отреагировать его сущность на угрозу извне? Только уничтожением этой угрозы, и никак иначе! Боевые годы даром не проходят.
После ухода не прошло и минуты, как в комнате появилась симпатичная девушка в синей форме, которая усиленно напускала на себя важность и значимость. Следователь строго спрашивала Сергара о том, что произошло в камере, он вяло отвечал, находясь в странном, каком-то отстраненном состоянии. Голос девушки слышался далеко-далеко, как сквозь вату, и зудел, зудел, зудел.
От девушки пахло благовониями – здесь их называли «духами», этот запах смешивался с запахом тюрьмы, дав странную атмосферу, ни на что доселе не похожую. В коридоре гудели голоса, сливаясь в однообразный фон, прерываемый выкриками какого-то мужчины, чего-то требующего, чем-то возмущающегося. Сергара ничего не возмущало. Он ничего не требовал, ничего не хотел, только чтобы его оставили в покое.
Не выдержав, сказал об этом девушке в синей одежде, она замолчала и перестала задавать вопросы. Сергар попросил ее принести попить, но девушка как будто не поняла, и тогда он просто закрыл глаза и свесил голову на грудь, после чего больше не сказал ни слова.
– Юль, ты не видишь, что ли, – он вырубился?! Ты чего таращишься на него? «Скорую» давай!
– Вызвала уже. Игорь, вот ты приволок всем проблему! Он вообще странный – говорил на непонятном языке! Он что, иностранец?
– Какой иностранец? Хм… не знаю. Вроде нет. Я ему пожрать принес. Он говорил, бабка его лечила и дала какое-то снадобье, от которого хочется есть. И что, если он не поест, может умереть.
– И что ты молчал? Сразу надо было «Скорую» вызывать! Вот помрет, кто будет отвечать? Я?
– А кто? Ты приняла, и все претензии направляй к начальству. Я свое дело сделал!
– Вот всегда так! Вечно следователи крайние! А вы ни за что не отвечаете!
– О! Наконец-то, приехали! Вот сюда!
– Снимите наручники, вы что, с ума сошли?! Мы его забираем.
– Как забираете?! Он убийца!
– Я не знаю, кто он – карманный вор, насильник или убийца, – если его сейчас не увезти в стационар, он умрет! Пишите тогда отказ и берите ответственность на себя! Я в этом случае не отвечаю за его жизнь! Капитан, дадите бумагу?
– Следователь – вот, она решает. Все вопросы к ней.
– А я-то что?!
– Он на тебе висит, а кто еще-то?!
– Черт! Черт! Игорь, чтобы тебя черти унесли! Тащите в машину, а ты поедешь с ним! И проследишь, чтобы он не сбежал! Я сейчас к начальству, подам рапорт, чтобы обеспечили охрану! Ох, ты и притащил нам засаду!
Глава 5
Снова боль, снова очнувшийся мозг не сразу понимает, где находится его носитель. Белый потолок с рыжими разводьями. Стена, окрашенная голубой краской. Резкий запах спиртного раствора, хлорки, еще чего-то неуловимого, химического. Рядом с кроватью – стойка из блестящего металла, на стойке закреплены прозрачные бутылки, перевернутые вверх дном. От одной из бутылок отходит прозрачная трубка, на конце трубки игла, воткнутая в руку, в сгиб, в вену.
Поднял левую руку, осторожно потрогал трубку – удивительно! Прозрачная, как стеклянная, а не ломается! Из бутыли в «отстойник» на трубке капает прозрачная жидкость – в руку? Они что-то заливают ему в кровь?
Потрогал иглу и тут же отдернул руку – рефлекторно, привычно повинуясь команде:
– Не трогайте!
Повернул голову – у столика в изголовье кровати возится девушка в белом халате. Довольно молодая, почти девочка. Лицо решительное, строгое, но очень симпатичное, милое.
Посмотрела на хлопающего ресницами Сергара, смягчилась:
– Не нужно трогать. Либо заразу занесете, либо выдернете иглу, и мне снова втыкать! Зачем лишняя работа? Да и вам терпеть…
– А что… в бутыли?
– Что вы сказали? На каком языке? – Девушка удивленно подняла брови, и Сергар выругался про себя – опять забылся!
– Я спросил, что в бутыли?
– А что за язык такой? – не унималась девушка. – В бутыли? Глюкоза и кое-что еще, поддерживающее. Вы чуть не умерли. Говорят, вас какая-то аферистка-знахарка накачала своими ядовитыми штучками, и вы того… хотели на тот свет. Теперь все нормально, откачаем. Больница же! У нас не помрешь! Не дадим! Так что за язык-то? И из-за чего охраняют? Милиционера поставили! То есть полицейского!