— Феникс не может быть фениксом только на половину. Именно поэтому твоя матушка родила близнецов — один истинный огневичок, второй человек.

— Я же просила не заговаривать зубы!

— Ладно. Я не понимаю, почему он бросил эту девушку. Но я понимаю, что он идиот, если тебе от этого легче.

— Возможно, неравные отношения?

Ухмылка стала ещё более ядовитой.

— Она смирилась со своим положением, а Феникс вообще никогда не обращал внимания на подобные мелочи. Нет, он ушёл, потому что ценит свободу превыше всего. Странно, но они остались друзьями. Хотя у них и выбора-то не было. Поначалу Иволга дулась, не желала общаться, потом пришла в себя. Вышла замуж. По его, между прочим, хм… совету.

— Что?

— Да. Кстати, мужа она полюбила, возможно, поэтому вновь смогла общаться с этим идиотом.

— Ух ты, я и не знала.

— Ты ничего не знаешь. Впрочем, та, вторая тоже не была в курсе событий. Обычно её ставили перед фактом.

— Иволга… странное имя для феникса. Она полукровка? Вряд ли обычная. Гельхена, кажется, обычные люди в принципе не волнуют.

Дракон очень долго смотрел на собеседницу, потом перевёл взгляд на небо.

— Почему же? Обычные-то как раз в наёмниках и нуждаются. Раз он выбрал такое ремесло, значит смирился с их присутствием в этом мире.

— Ты опять начинаешь?

— Извини. — Дракон прикрыл глаза, вздохнул. — Иволга была… необычной. Вряд ли Феникс её любил в привычном для тебя понимании, но уж ценил — это точно. Во всяком случае её смерть — единственное, что заставило твоего приятеля повзрослеть.

— Она умерла?

— Да. И не вороши больше этот муравейник, ничего полезного там не найдёшь, а если узнает Феникс, нам обоим хана.

— А…

— Принцесса, пожалей старую ящерицу, она уже не в своём уме, городит всякую чушь, утром и не вспомнит.

Гельхен появился неожиданно. Скользнул взглядом по мёртвому василиску, недовольно нахмурился при виде сидящей на земле девчонки, незаметно от Фелиши пнул в бок дракона, но тот не отреагировал. Прошёл мимо, скинув с плеча сумку, поднял за шиворот принцессу, перекинув её под морду второго участника беседы и прошёл дальше, к ручью. Послышалось фырканье и плеск воды. Принцесса поднялась, но дракон мотнул головой, заставляя шлёпнуться её обратно.

— Не стоит. Он уже минут пять стоял за моей спиной и слушал наш разговор. Нужно время, чтоб он всё это переварил.

— Что именно?

Дракон усмехнулся, когда девчонка совершенно бессознательно прижалась к его чешуе и перешла на шёпот.

— Пусть привыкает к тому, что ты в курсе его тёмных делишек, — совершенно не стесняясь возмущённого плеска в малиннике громко ответил он.

— Уснула?

Гельхен аккуратно укрыл плащом свернувшуюся калачом девчонку. Дракон едва заметно ощерился, но лапы, в которых так уютно сопела его новая знакомая, раскрыл.

— А при ней поговорить не желаеш-шь?

— Зачем, когда ты и так не умеешь держать язык за клыками? И потом, вам же нужно найти общий язык.

— Ч-што-нибудь уз-снал?

— Здесь неподалёку развалины древнего храма, ты его ещё должен помнить.

Дракон кивнул.

— С-сердце Гор. Там был чудный алтарь — ж-шертвенная чаш-ша, до краёв заполняемая кровью. Помню, я час-сто туда наведывалс-ся и почти ни раз-су не пожалел.

Гельхен кивнул. Жертвенник расколупали сравнительно недавно — один из последних артефактов прошлого, раскуроченный фанатиками-церковниками, как раз набиравшими обороты в этом мире. Драконы ещё долго слетались со всей страны, не в силах поверить, что последний источник силы навеки потерян… Многих из них уже и в помине нет — всё-таки драконы не приучены к дикой жизни — они изначально слишком привязаны к людям. Пусть и не ко всем, лишь к горстке избранных, огненных, но всё же…

Наёмник прикрыл глаза. Когда напали на Янтарина, его спасла всадница. И впервые попалась на глаза некроманту, тогда охотившемуся только за драконом. В тот же день Мортемир сменил свою цель…

— Недели три-четыре назад неподалёку был бой. Лютый. Говорят, земля мертвецов не держала — со всех окрестных кладбищ упыри вылезали. Местные до сих пор заикаются, как вспомнят.

— Как только в живых ос-сталис-сь.

— Их не тронули — спешили пообщаться с воинами принца, зажатыми у пещер,

Дракон зевнул.

— Ну, ребята там бравые, мальч-щик поотрывает мёртвые бошки, не ус-спеют и зубами щёлкнуть.

— Янтарь, пару дней назад я видел одного старого знакомого. Того самого, что охраняет капище у озера. У него были проблемы с единорогом.

Дракон усмехнулся, выдув клуб пламени.

— До с-сих пор воз-сится с этими конями-мутантами. Ну и как дела у с-старины С-серха?

— Как всегда интересовался, слышал ли я что-нибудь о сыне, а ещё жаловался на браконьеров.