— Бороться с чем? — я не доверяла себе сказать что-нибудь другое, не начав задыхаться.

— С нами! — зарычал он в раздражении, опустив полотенце, из-за чего я перестала дышать. — Я ждал достаточно долго, Фэй. Я больше не могу терпеть. Ты нужна мне. Ты больше не можешь отрицать того, что есть между нами. Я жажду слышать твой голос. Я чувствую тебя до того, как ты заходишь в комнату, потому, что я не цельный без тебя. Каждый мой нерв зажигается огнем, когда ты прикасаешься ко мне. Я хочу схватить тебя и разжечь все искры притяжения в серьезные отношения, в пламя взаимной любви, которая могла бы быть между нами. Я хочу взорвать каждый сантиметр тебя. Я хочу чувствовать, как ты кончаешь под моим языком. Я хочу ощущать тебя вокруг моего члена, когда занимаюсь с тобой любовью. Я хочу тебя. Просто позволь себе любить меня в ответ.

Он шагнул ближе, вызывая бегущие мурашки по моей чувствительной коже.

— Я так невероятно влюблен в тебя. Я, черт побери, не могу дышать, пока не увижу тебя. Я чувствую тебя в себе так глубоко, как будто мы две половинки одной души.

Одинокая слеза скользнула по моей щеке…

Стук в дверь развеял чары.

— Мистер Трой, вы нужны через тридцать минут.

— Стар, какого черта!

— Куда ты идешь? — я моргнула, взглянув на Данте. — Две половинки одной души.

Он поднял бровь.

— Что?

Я покачала головой.

Когда Данте ушел, целый час я обыскивала каждую коробку, каждый ящик в нашей комнате и не было ничего, даже старого ежегодника. Дневника. Фотографий. Документов. Свидетельства о рождении. НИЧЕГО. Я знала, что мне нужно было обыскать его кабинет, но там был Малик. Мне нужно было вытащить его из дома. Я попыталась воспользоваться телефоном, но в этот раз не было гудка.

Подойдя к лестнице, я последовала за запахом бекона. От его аромата мой желудок начал сокращаться. Я подбежала к раковине, и меня вырвало. В моих глазах были слезы, мое тело дрожало в лихорадке, что пришла с тошнотой.

Тяжелая ладонь опустилась и потерла мое плечо.

— Стар, тебя всё еще тошнит?

В моей голове был туман. Я не больна! Почему от этого запаха я... Нет...? НЕТ! Я вспомнила, что с того момента, как я очнулась, у меня не было менструации. И Данте был таким легкомысленным, не используя защиту. Я думала, что во мне мог быть имплантат... нет. О боже!

С тревогой на лице я повернулась к Малику. Вытерев рот тыльной стороной руки, я попыталась слабо улыбнуться.

— Если я попрошу тебя сделать кое-что для меня, ты сделаешь? Не задавая вопросов и не говоря об этом Данте?

Он опустил глаза в пол.

— Пожалуйста, — прохрипела я, схватив его руку.

— Сделать что?

Я огляделась вокруг, развернулась спиной к камере, которая, как я знала, была здесь, и снова повернувшись к Малику, прошептала:

— Тест на беременность.

Его вздох был слышен. Он кивнул и выдохнул.

— Спасибо тебе.

На внешнем мониторе я наблюдала, как он уходил, после того, как позвал парня, отвозившего всех с острова. Как только лодка скрылась из вида, я начала обыскивать кабинет Данте. Но он был умным ублюдком или параноиком, потому что там ничего не было, даже ни одного коммунального счета.

Я подняла держатель для ручек и в раздражении бросила его через всю комнату, наблюдая, как он вылетел в окно. Досчитав до десяти, я успокоилась и пошла поднять его. В поле зрения мне попало то здание, которое, я видела, Данте покидал в тот день. Мое сердце начало бешено колотиться.

Я схватила нож для писем и бросилась через дом, мгновенно преодолев расстояние, что разделяло нас, и попыталась открыть замок. Он был заперт. Пытаться взломать замок на самом деле было тяжелее, чем показывали по телевизору.

Я попыталась снова, вставив острый конец в замочную скважину, дергая дверь... ничего. Черт побери! Я огляделась вокруг в поисках камней и увидела цветочный горшок. Не было никакого способа объяснить потом всё это, но я была готова к последствиям. Что-то внутри меня говорило, что мне нужно войти в это долбаное здание, если я хочу знать, кем я была... кем был Данте.

Я подняла камень, сделала глубокий вдох и со всей силы запустила камень в окно. Звук бьющегося стекла наполнил тишину. Всё мое тело дрожало от нервного напряжения.

Я убрала оставшуюся часть стекла и забралась внутрь, порезав ладонь, когда схватилась за раму.

Это выглядело как кабинет. Письменный стол и оргтехника стояли возле каждой стены, многочисленные фотографии висели на стенах, плюшевый ковер покрывал пол. Смежные двери вели в другие комнаты, но ничего из этого не проникало в мои мысли. Никакая вещь не привлекла мое внимание, но когда мой взгляд опустился на стол, мое тело резко остановилось.

Чемодан был раскрыт и несколько предметов одежды всё еще были аккуратно сложены внутри. Туалетные принадлежности и даже камера находились внутри. Как фотографии, некоторые воспоминания просачивались в мою голову. Этот чемодан принадлежал мне... Я путешествовала на самолете.