– Поезжай завтра… Хочешь?

– Завтра!..

– Да, брат! Ничто тебя не останавливает?

– Ах, Лантене! – воскликнул Манфред. – С какой охотой я отправился бы в другое путешествие! Как счастлив был бы я оказаться куда дальше Италии и Рима, далеко за границами мира и… жизни, если бы я не вспомнил, что ты будешь оплакивать меня!

Друзья переглянулись. Потом, когда всё было сказано, Манфред прицепил к поясу шпагу и надел свою шапочку с черным пером.

– Куда ты? – с беспокойством спросил Лантене.

– Немного прогуляться… Не беспокойся обо мне. Такая безлунная ночь словно создана для таких бродяг, как мы. Горожане боятся нос высунуть, дозорные тоже прячутся, король спит в своем Лувре, а великолепный Монклар о чем-то размышляет в своем особняке. До завтрашнего утра Париж предоставлен нам.

Лантене взглянул на небо.

– Через пару часов небо прояснится, когда луна поднимется достаточно высоко, а ветер разгонит тучи… Хочешь, я пойду с тобой?

– Ничего не бойся! – ответил Манфред.

Лантене вздохнул. Друзья обменялись рукопожатиями. Потом Манфред вышел… Куда он направился?

Куда идут влюбленные, поклявшиеся навсегда уехать от ненавистной и обожаемой женщины? Под чьим окном они хотят провести ночь? К чьему жилищу их так и тянет, будто бы вопреки себе? Манфред пошел к Лувру!

О, эта Жилет, которую он так любил, с такой нежностью и таким пылом, так страстно и так простодушно!

Итак, он шел с намерением вырвать ее из своего сердца. Он шел, чтобы издалека навек попрощаться с ней! Он презирал Жилет.

Она продалась за титул… И он шел к ней, в тень большого дворца, в котором она спала… Он шел туда без какой-либо определенной цели, без надежд, без каких-либо мыслей – с единственным желанием быть немного ближе к ней хотя бы в течение часа… Потом всё будет кончено… Потом он убежит… Он задушит в себе эту безрассудную любовь!

Так вот размышляя о подобных мрачных и противоречивых вещах, он подошел к внушительному темному зданию Лувра. Он медленно пошел вокруг дворца. Когда Манфред добрался до берега, взгляд его попытался отыскать хотя бы одно освещенное окно. И он нашел его!

Вдалеке, за садами, в двух окнах мерцал огонек, напоминавший ироническую усмешку. Почему-то Манфред сразу подумал, что в освещенной комнате находится король! Да он и в самом деле его видел! И Жилет вместе с ним!

Король сжимал девушку в своих объятиях… А она… Она испытывала мерзкую гордость, отдаваясь любовнику-королю!

Манфред с такой ясностью представил себе эту сцену, поднявшаяся ревность терзала его. Потом внезапно гнев его ослаб.

Боль угнездилась в его сердце. Он понял, что его ждет ужасная, пустая жизнь, что ему придется теперь жить одному! Вдалеке от любимой!

– О Жилет! – глухо пробормотал он.

И он отвел свой затуманившийся слезой взгляд.

В это время плотные облака, закрывавшие небо, разошлись, и луч луны осветил кварталы старого Парижа.

Какая-то лодка спускалась по Сене. Появление лодки в такой час было событием чрезвычайным и, можно сказать, зловещим.

Одним прыжком Манфред поспешил укрыться в густой тени вековых тополей, печально шелестевших листьями. Оттуда он наблюдал за скользившей по воде лодкой. Трое гребцов сидели в лодке. Они гребли мощно и уверенно. На корме сидел молодой человек.

Внезапно лодка приблизилась к берегу. Она прошла мимо места, где притаился Манфред, и пристала к площадке напротив деревянного барака, о котором мы говорили в предыдущей главе.

«Завсегдатаи матросской таверны!» – подумал Манфред.

Но тут человек, сидевший на корме, поднялся, готовясь спрыгнуть на берег. Он находился в пятнадцати шагах от Манфреда, так что узнать его было нетрудно.

– Господин маркиз де Сансак! – пробормотал он.

И вот что произошло в ту самую минуту.

Манфред оглянулся на освещенные окна, где, по его мнению, в данный момент находились король и Жилет, машинально он перевел взгляд на Сансака. И весь накопившийся в нем гнев излился на маркиза.

Подчиняясь иррациональному импульсу, он вышел на освещенное место и тем резким, язвительным голосом, присущим ему в те моменты, когда более нежные чувства не владели его душой, закричал с оскорбительным смехом:

– Приветствую месье маркиза де Сансака, цвет французского дворянства! Какую прелестную девушку вы похищаете сегодня, маркиз? О! Не для себя!.. Для вашего хозяина!.. Какой ценой?.. Франциск щедро платит?..