– Вот только не надо этим гордиться. Даже сломанные часы дважды в день показывают правильное время.

Я пытаюсь впечатлить её техническими терминами:

– Это не какой-то там жучок, Эл. Эту безделушку разработал Щ.И.Т., в неё встроен триллион микросхем, а радиус покрытия – миллиарды миль. Эта фигня может уловить сигнал из самого центра земли – он дойдёт до неё, минуя магнитные поля и все постромки подземных жителем. И более того – я могу отслеживать сигнал на самых разных устройствах.

Эл хмыкает:

– Ты, небось, и за кофе сам заплатил?

Я игнорирую её вопрос и выпячиваю грудь:

– Говорю тебе, я могу найти моего малыша в любой момент. Он у меня в руках.

Повисает неловкое молчание. Потом Эл начинает хихикать. Она вся трясётся от смеха – даже вода из стаканчика выплёскивается.

– Ох, ну слава богам! Ну ладно, Джеймс Бонд, где он сейчас?

– Погоди секундочку. – Я нажимаю пару клавиш.

– Ну?

Нажимаю ещё несколько клавиш.

– И где же?

Я жму на все клавиши разом.

Потом несколько раз подряд жму на одну.

Наконец я подключаю клавиатуру и ещё раз нажимаю те первые клавиши. На экране появляется нужный интерфейс.

– Хм. Забавно. Он не работает.

– Не так забавно, как тот факт, что твой малыш у тебя в руках, – и всё же как такое могло случиться?

Я задумчиво потираю подбородок.

– Наверное, Дик его нашёл. А он умён. Умнее, чем я думал.

Эл толкает меня в бок острым локтём:

– Уэйд!

– Чего?

– Ты его включил?

Я закрываю глаза. Она снова хохочет. Правда, из стаканчика больше ничего не льётся – всё уже выплеснулось.

– Ладно! Значит, не исключено, что Дик не так уж и умён. Тем проще будет его поймать.

Сначала мне кажется, что Эл похлопывает меня по спине, но она просто схватилась за меня, чтобы не упасть от смеха.

– И вправду. Отличные новости! Слушай, Уэйд, иногда я не понимаю, как тебе удавалось так долго удерживать меня в плену.

– В итоге всё сводится к одной-единственной вещи, Эл. Я не могу умереть, так что рано или поздно обязательно побеждаю – если в процессе не сдаюсь.

– Серьёзно? Я вижу в твоих рассуждениях небольшую дыру – вроде той, что у тебя на месте мозга.

– Да? И какую же?

– Что, если умрёт кто-то другой – тот, кто был тебе нужен живым? В таком случае ты проиграешь, верно? Как ты там назвал того пса? Шмяк?

Я беру флешку и втыкаю в компьютер.

– Плюх. Я проиграю, только если мне не всё равно, Эл. Только если не всё равно.

Видео загружается, и на экране что-то вспыхивает.

– Видишь? Тут и вправду есть записи. Пока всё идёт как надо.

Экран почти белый. Слышен какой-то пульсирующий шум. Из колонок доносится страстный голос:

– Они все меня хотят. Но не могут получить.

Эл морщит нос.

– Это что, твоя девушка?

Я шикаю на неё.

– Не уверен. Звучит похоже, но голос более молодой.

Мерный шум нарастает.

– Пой со мной. Иди со мной.

Я хлопаю в ладоши:

– Это тёмный ритуал! Джейн служит какому-то демону из преисподней!

Словно в подтверждение моих слов на экране появляются две тощие мутные фигуры. Они произносят фразы на непонятном языке. Эти слова, этот ритм… всё это кажется очень знакомым, всё это витает где-то на границе сознания.

Эл начинает двигаться, словно в трансе. Она выставляет правую руку перед собой, ладонью вниз, а затем и левую. Переворачивает одну руку, потом другую, слегка покачивая бёдрами. Правая рука на левое плечо, левая – на правое.

И тут я наконец вспоминаю.

– Это не Джейн! Это «Макарена»! Вот ведь сукин сын!

Эл продолжает танцевать.

– Посмотри на это с другой стороны. По крайней мере, ты думал, что он говорит правду. Это что-то да значит, да, придурок?

– Божечки, Эл, голоса в голове никогда не называют меня придурком!

Ещё как называем.

И не только придурком.

Я выдёргиваю флешку, но Эл продолжает танцевать, хоть музыка и обрывается.