— А я не верю, — не задумываясь, припечатала Ариана, разворачиваясь на каблуках, вылетая из кабинета и быстро направляясь к лестнице.

Дерьмо. Мне оставалось только последовать за девушкой.

— Если ты не согласишься, она по-другому достанет тебя, — уже ни на что, не надеясь, крикнул я вслед. — Рейчел не отступит. Она найдет твое слабое место и ударит по нему. В этом она мастер.

— Поверь мне, я знаю, — донеслось сквозь запоздалый звонок, прежде чем рюкзак Арианы Такер окончательно скрылся в лестничном пролете.

Выбить почву из-под ног, а не коврик. Тебе лучше это знать.

Я мысленно пнула себя за это, спускаясь вниз по лестнице на урок французского.

Это была глупая ошибка, за пределами моего понимания контекстов и мертвый груз, который показывал, что я была другой. Путаница с ковриком/почвой уходит в те далекие дни, когда я пыталась понять нюансы разговорной речи. Я думала, что обучилась этому много лет назад. Это только доказывало, насколько сильно он застал меня врасплох. Из всех людей, Зейн Брэдшоу завел меня в тупик.

Говоря об этом, он хотел отдать должное Рейчел.

Большую часть времени, чтение мыслей было очень сомнительным делом. Человеческий разум это бурлящая масса полу-законченных наблюдений, мимолетных ощущений и эмоций, и воображаемых сценариев, проигрывающихся на невидимом экране. Это было одной из причин, почему мой отец предостерегал меня от использования способности, в качестве основы для принятия решения.

Когда человек взволнован, очень сложно определить ход его мыслей. Эмоции переполняют человека и почти блокируют все остальное. Но эти эмоции, когда не хватает нужных деталей и оттенки серого, затуманивающие сознательные мысли, могут подсказать линию поведения, основанную на вашем настроении, нежели что-то отчетливо сформулированное.

Проклятье, я зол.

Мысли Зейна были также запутаны и хаотичны, как и у любого другого. Не удивительно. Но одна мысль была очень громкой и отчетливой: он был зол на Рейчел.

Я не была уверена, что она сделала и почему, сегодня все было по-другому, но он решил, что с него достаточно. Я, безусловно, понимала это чувство, хотя было сюрпризом, обнаружить это чувство в Зейне.

Но вот что поразило меня, так это то, как близко я была к тому, чтобы согласиться. Желая увидеть, как Рейчел упадет под колеса своих же махинаций… я хотела этого так сильно, что могла почувствовать привкус крови. Или возможно это от того, что я закусила внутреннюю сторону щеки, сдерживая себя от того, чтобы сказать да.

— Бонжур, мадемуазель Такер. Хорошо, что вы решили присоединиться. — Сказала миссис Леноси, когда я вошла в класс через минуту после звонка.

Волна шепота и смешков прокатилась по классу, и мое лицо залилось краской. Слишком много всего произошло, и было трудно сдерживать себя, чтобы не опуститься на самый низкий уровень. Большое спасибо Зейну.

Я села в дальнем углу класса, положив свою сумку на пол. Нагнувшись, чтобы вытащить блокнот и ручку из своей сумки, заметила, что мои руки дрожат.

Это было так нелепо. Зейн не обратится ко мне снова по вопросу о Рейчел, или по любому другому.

Разве что, я не захочу этого. Еще одно оказанное давление на меня и я, вероятно, сдалась бы, вопреки всем своим убеждениям. Моя человеческая сторона бушевала в клетке, требуя, чтобы ее выпустили.

Нет. Я не могу позволить этому произойти.

Я постаралась сосредоточиться на лекции миссис Леноси, быстро записывая ее слова в своем блокноте и мысленно корректируя ее зверский акцент. "Je vais" слышалось как "Juh vaze". ("Я иду" слышалось как "Йе итду").

Но идея отомстить Рейчел, плетя интриги против нее, с тем, кто был для нее другом… заставила меня рассмеяться. Это было головокружительно и мстительно, Рейчел заслуживала это. Я не могла добраться до ее деда — это было бы слишком опасно — но таким коварным способом, я могла бы нанести удар им обоим.

Хотя, это было невозможно. Снова слишком много правил. Я не знала Зейна и не доверяла ему. Даже притом, что я была полностью уверена, он не обманет меня, но я все равно не могла ему доверить. Это был неоправданный риск.

Я стиснула зубы. Это было тем, с чем я боролась ежедневно, ежечасно. Я чувствовала себя, как куча крайностей, связанных вместе. Голос в голове указывал на факты и всевозможные сценарии, бурю эмоций, порывы желаний и потребностей, которые заглушат все, если я им позволю.

Кроме отрывочной информации, которую нашла за годы поиска в Интернете, я еще много не знала о своем наследие, будто только, что прибыла издалека. Но логика — и различные интернет ресурсы — внушили мне, что «Розуэлльский пришелец 5» вышел из продвинутого общества. Создание новой технологии, которая позволила бы им появиться здесь, пройдя невероятные барьеры — подобно путешествию со скоростью превышающую скорость света — может происходить только благодаря интеллектуальному превосходству, упору на науку, логику и стратегию. Они использовали весь свой потенциал, и не тратили его на мелкие расовые разногласия, религию, экономический статус, сравнение жабр с легкими, или на что-то другое.