— Не то слово. Мне битв на десять жизней хватит. Каким-то чудом удавалось выбираться из них с головой на плечах. Хвала богам.

— Каким богам? — спросил Бетрим.

— Любым, которым до нас есть дело, парень. Еды у нас здесь полно, а эля себе найдете сами. Скоро начнется праздник урожая, и лорд Х’ост выкатит дармовую выпивку.

Седовласый сержант отошел в сторону поговорить с другими солдатами и вскоре уселся за стол, потягивая из кружки. Самое время было Боссу напомнить всем сохранять бдительность и не напиваться, но он, похоже, вообще был не в состоянии говорить. Бетрим решил, что пора взять дело в свои руки.

— По кружке эля, не больше. Напиваться не стоит. Арбитру может потребоваться отвлекающий маневр, — прошептал он.

Генри фыркнула.

— Сдается мне, мы в полной заднице, Шип. Оглядись, — зашипела она. — Нас окружают солдаты Х’оста. Арбитр и его шлюха пропали, а Босс… Короче, я за то, чтобы плюнуть на все и валить отсюда куда подальше.

Торн в душе не мог с ней не согласиться.

— Нет, — сквозь сжатые зубы процедил Босс. — Держимся плана.

— Какого плана?!

Это, похоже, сбило Босса с толку.

— Плана арбитра. Он сделает то, что должен, и миллион у нас в кармане.

Бетрим понятия не имел, сколько это — «миллион», но звучало внушительно. Достаточно внушительно, чтобы рискнуть жизнью.

Все это время одна мысль не давала Торну покоя. Что-то в этом зале казалось ему неправильным. Он осмотрелся, по очереди задержав взгляд на каждом столе, пригляделся, как солдаты пьют и смеются. Слишком уж здесь… тихо.

Бетрим пробыл наемником добрую половину своей жизни и хорошо уяснил одну вещь: если собрать группу мужчин и сдобрить все элем, шумного балагана не избежать. Здесь же была куча народу и бесплатная выпивка, но стояла хмурая, мрачная атмосфера. Солдаты прикладывались к своим кружкам и разговаривали тихими голосами. Все были облачены в доспехи и вооружены. А затем взгляд Торна остановился на капитане. Черный Шип не заметил, когда тот оставил арбитра и вернулся, но теперь он стоял у входа в обеденный зал и следил за отрядом наемников ледяными глазами.

Бетрим уже хотел было предупредить товарищей, когда к их столу подошел гигант с короткими черными волосами и сплюснутой зверской рожей — с мощным лбом, бугристым носом и румянцем на щеках. Он остановился, скрестив руки на груди поверх кожаного дублета.

— Встань, дай-ка тебя получше рассмотреть, — гаркнул здоровяк Мослаку.

Тот отодвинул стул и поднялся из-за стола. Даже ссутулившись, он поравнялся с гигантом в росте. Торн прикинул, что, выпрямившись, любитель трофейных костей оказался бы дюйма на четыре выше розовощекого верзилы.

— Копье мне в задницу, парни, а вы правы, он и впрямь больше меня! — повернулся и заорал через весь зал гигант. — Чертовски больше!

Мослак смутился, но солдат на это, похоже, не обратил внимания.

— Никогда не встречал никого даже ростом с меня, — продолжал он, — не говоря уже, чтоб больше. Твой папаша, наверное, медведь. Хах!

Здоровяк расхохотался, и несколько ближайших столов подхватили его веселье. Однако Мослак не был дураком, каким его многие ошибочно считали.

— Моя мамаша, конечно, была чудной, но под медведей не ложилась.

Улыбка мгновенно сошла с лица розовощекого.

— Эй, парень, я просто пошутил. Как насчет дружеского соревнования?

— На руках?

— Э нет, я говорю о настоящем испытании силы. Старое доброе перетягивание каната. Два человека, десять футов веревки и линия посередине. Первый, кто ступит на линию, проиграл.

— В чем резон? — спросил Мослак.

— Узнаем, кто из нас сильнее.

Мослак пожал плечами:

— Мне как-то все равно.

Босс, собравшись с силами, поднялся на ноги. Ему пришлось упираться обеими руками в стол, чтобы стоять ровно.

— Похоже, нам всем неплохо было бы отвлечься.

Мослак кивнул:

— Ага, тогда ладно.

— Хорошо, — пробасил розовощекий гигант. — Твои парни могут тебя подбодрить. Твоя леди тоже.

Генри фыркнула и сплюнула на пол. Впервые в жизни кто-то назвал ее «леди», и ей, похоже, это совсем не понравилось.

Не прошло и пары минут, как все вывалились наружу, и Бетрим сразу заметил перемены. Прежде двор был практически пустым, если не считать нескольких слоняющихся без дела солдат. Теперь он тоже был пустым, только вот те самые солдаты как один нацелили на наемников свои арбалеты. Довольно явная перемена и далеко не самая приятная.

— Кажется, нас кто-то продал, — сказал Шустрый; его голос, низкий и грозный, походил на волчий рык.

Капитан с ледяными глазами вышел следом.

— Заберите их оружие, — приказал он своим людям.

Никто не стал сопротивляться. Солдаты забрали все.

Они даже охлопали одежду Бетрима и достали из плаща спрятанные кинжалы — если не все, то большую часть точно. После разоружения капитан встал перед наемниками. Его лицо словно превратилось в холодную, высеченную из камня маску. Босс пошатывался слева от Торна, Генри вот-вот готова была взорваться справа.