свою дружину в дождливую ночь на охоту за упырями, да умертвиями. В общем,

как ни крути, а мне остается только ждать... Часа через два, с приходом твари, здесь

так громыхнет, что директор просто обязан будет примчаться.

Мои размышления прервал долетевший от соседней березы вскрик. Приехали.

ЭТИ ЧТО ЗДЕСЬ ДЕЛАЮТ?!

Неразлучная четверка учеников, в очередной раз севшая мне на хвост (интересно, а лодку они где взяли? Неужто, разъездной бот Школы умудрились увести?),

диковинной гроздью облепила несчастную березу и теперь тихо подвывала от

ужаса. М-да, что-то совсем запредельное творится на полигоне, если мощь призыва

вызывает такой страх. Эти волны заставляют дрожать от напряжения даже мою

неслабую защиту, что уж говорить о наших чаромутах, не имеющих вообще

никаких щитов? Ну, не учат подобному в Школе. И как мне теперь кажется,

совершенно напрасно... Черт!

Придется идти на прорыв. Судя по тому, как бесятся узоры учеников, еще

немного и они попросту сойдут с ума... Причем первыми, кажется, на эту темную

дорожку встанут парни. Мила еще как-то держится. Дочь Леса, все ж таки. А вот

Эль... Ох, ни фига ж себе... Слышал я про наложенную защиту, но вижу такое в

первый раз. М-да, уже лучше конечно, но если я правильно понимаю, парням от

этого легче все равно не станет.

Ладно. Исследования потом, а сейчас... Я закрепил в навершии шеста тихонько

мерцающий "остролист", огляделся и, не приметив поблизости ни одной

неупокоенного, соскользнул на землю.

ГЛАВА 4. Выйду на улицу, солнца нема...

Рыжей следопытке с трудом удалось уговорить друзей на очередную авантюру.

Прилепленный "уборщику" маячок, упрямо показывал, что "объект" находится в

лаборатории некрономики, и это не давало Эль покоя. А уж когда тот выбрался на

улицу и направился за пределы Школы... Сего странного вояжа, любознательная

девушка пропустить никак не могла. Тем более, что интуиция так и вопила...

Вот теперь и сидит она вместе со своей дурной интуицией и тремя матерящимися

друзьями на какой-то березе, под дождем, на кладбище. Черти бы драли эту чертову

наследственную черту, ее чертового любопытного папочки! Рыжая услышала

шорох и глянула вниз. Под деревом крутилась пара темных гончих. Учуять

замаскировавшихся чаромутов они не могли, но то, что порождения некронома

смогли выйти с заколдованной территории полигона-кладбища, испугало Эль не на

шутку. В ту же секунду, по телу девушки прошла волна ледяных иголок, а от друзей

пахнуло таким всепоглощающим страхом! Рыжая взглянула на однокашников и

тихо выругалась, в очередной раз наплевав на нравоучения отца.

Радомир и Турн, резко побледневшие, с заострившимися скулами, еле держались

побелевшими пальцами за ветви дерева. Зрачки превратились в точки и резко

пульсировали от накатывающих волн ужаса. Парней просто трясло от страха. Мила

выглядела гораздо лучше, правда как-то резко погрустнела, словно впав в

сильнейшую депрессию. Эль хлопнула себя по лбу, отчего чуть не свалилась на

головы темным гончим. Конечно! Это же не их страх! Его кто-то внушает. Мила -

лесная дева, на нее такие штуки не действуют, разве что в тоску вгоняют, у самой

Эль щиты разума поставлены мастерами папиной службы, да и детский оберег "от

всего" на шее висит. А вот ребята... Рыжая бросила взгляд на сходящих с ума

друзей, на мгновение задумалась, но тут же тряхнув головой, сняла с шеи кулон, и

быстро обмотала запястья парней цепочкой, благо ее хватило. Старый детский

амулет, не раз спасавший свою хозяйку, послушно принялся за работу, поглощая

накатывающие волны ужаса, и лица ребят постепенно начали принимать

осмысленное выражение. От произнесения всех приличествующих слов

благодарности Эль, друзей отвлек шум, раздавшийся от соседнего дерева, и

фосфорецирующие от действия "кошачьего глаза" взгляды, устремились на

сидящего в ветвях "уборщика". Немой вытянул какой-то флакончик, одним махом

выпил его содержимое и, навернув на шест жало клинка, одним слитным