К тому времени, как Роуз исполнилось десять, она уже понимала, что тете Джулии и тете Мардж платят, чтобы они о ней заботились. А дядя Лестан был ее опекуном по закону. Но она не сомневалась, что обе тети очень ее любят, и сама тоже очень их полюбила. Тетя Мардж с тетей Джулией раньше сами работали учительницами, а теперь вышли на пенсию. Они постоянно твердили, какой дядя Лестан хороший и добрый. И все они очень радовались, когда дядя Лестан их навещал.

Он появлялся неизменно под вечер и привозил всем подарки – книги, наряды, ноутбуки и другие чудесные гаджеты. Иногда он приезжал на большой черной машине, а иногда появлялся просто так, и Роуз смеялась про себя, увидев, как растрепались у него волосы – потому что тогда она знала: он прилетел, совсем как в тот раз, когда остров ушел под воду, а он унес ее по небу.

Но Роуз никогда никому не рассказывала об этом, а став старше, и сама уже начала думать, что так не бывает. Из «Академии Каунтри-Лейн» она перешла в другую – «Уилмонт-скул», что находилась в пятидесяти милях оттуда, и там начала учить ужасно интересные предметы. Больше всего она любила литературу и историю, а после них – музыку, основы живописи и французский. Но по математике и естественно-научным предметам тоже училась хорошо, потому что считала, что так надо. А то все были бы очень разочарованы. Но больше всего в мире она любила читать – и самые счастливые часы проводила в библиотеке.

Когда дядя Лестан звонил ей, она рассказывала ему обо всем, что у нее происходит. Они обсуждали книги, которые любит она и любит он, и он всегда напоминал ей:

– Роуз, когда вырастешь, ты можешь стать, кем только захочешь. Поэтом, писателем, певицей, танцовщицей, учительницей – кем угодно!

Когда Роуз исполнилось тринадцать, они с тетями отправились в поездку по Европе. Дядя Лестан с ними не ездил, но все оплатил. Они путешествовали три месяца и повидали все знаменитые города. Дядя Лестан назвал это «Большим Турне». Они даже в России были – провели пять дней в Санкт-Петербурге и пять дней в Москве.

Поездка запомнилась Роуз вереницей самых прекрасных в мире старинных зданий, дворцов, замков, соборов, музеев и картинных галерей, о которых она прежде только читала, а теперь видела своими глазами. Больше всего ей понравилось в Риме, Флоренции и Венеции. Но куда бы они ни приезжали, везде Роуз ожидали новые и новые открытия.

В Амстердаме неожиданно объявился дядя Лестан. Оказывается, он входил в число попечителей Государственного музея, так что у него имелся тайный ключ, и по вечерам он брал Роуз туда. В это время они были там одни и могли просиживать сколько угодно перед шедеврами Рембрандта.

Он организовывал такие неурочные экскурсии специально для них и во многих других городах, но Амстердам прочно завоевал сердце Роуз, потому что тут дядя Лестан был с ней.

В пятнадцать лет Роуз угодила в неприятности: без разрешения взяла семейный автомобиль. Водительских прав у нее еще не было, но она собиралась вернуть машину на место прежде, чем тетя Джулия и тетя Мардж проснутся. Просто хотела немного покататься с новыми подружками, Бетти и Шарлоттой. Никто из них не подумал, что дело может обернуться бедой. Но на шоссе машина влетела в ограждение, а Роуз попала в суд по делам несовершеннолетних.

Тетя Джулия и тетя Мардж немедленно попробовали связаться с дядей Лестаном, но он где-то путешествовал, и никто не мог его разыскать. Роуз даже обрадовалась, так стыдно и плохо ей было, так боялась она его разочаровать.

Но судья, который вел ее дело, всех просто потряс. Бетти и Шарлотту он отпустил, потому что это не они украли машину, а вот Роуз за преступное поведение отправил на год в исправительное заведение для девочек, «Приют Дивной Благодати для девочек». Сурово отчитав Роуз, он предупредил ее, что если она и там будет себя плохо вести, то останется там до восемнадцати лет, а то и дольше. Сказал, что с таким асоциальным поведением Роуз рискует вырасти наркоманкой или даже бродяжкой.

Тетя Мардж и тетя Джулия в ужасе умоляли судью смягчить приговор. Они и их адвокаты снова и снова твердили, что не выдвигают против Роуз никаких обвинений за кражу машины, что это была всего лишь подростковая выходка, не более того, и что необходимо связаться с дядей девочки.

Ничего не помогло. На Роуз надели наручники и отвезли ее куда-то в южную Флориду, в исправительное заведение.

По дороге туда она смирно сидела, глотая слезы, а несколько мужчин и женщин в машине рассуждали об «истинно христианском окружении», где Роуз научится читать Библию и «быть хорошей девочкой» и откуда вернется к тетям «послушным христианским ребенком».

«Приют» превзошел самые худшие страхи Роуз.

По приезде их встретили директор приюта, мистер Хейс, и его жена, миссис Хейс, оба очень приветливые, любезные и хорошо одетые.

Но едва полицейские уехали и Роуз осталась с ними одна, они заявили, что она должна признаться во всех своих плохих поступках, а иначе «Дивная Благодать» ей, увы, не поможет.

– Ты сама прекрасно знаешь, чем занималась с парнями, – сказала миссис Хейс. – Знаешь, какие принимала наркотики и какую слушала музыку.