Оставив Крысу в полном недоумении, я продолжил свой путь к дому Фал Сиваса.

Теперь он не был так уверен, что я — Джон Картер или один из его агентов, иначе я проявил бы больший интерес к его сообщению. Но ведь он не сказал мне ничего такого, чего я бы не знал раньше, поэтому во мне ничто не вызвало возбуждения или удивления.

Возможно, теперь уже было все равно, знает ли Рапас, кто я такой, или нет, но в борьбе с такими людьми мне хотелось бы скрыть свою личность, обмануть их и всегда знать немного больше, чем они.

Вновь Гамас впустил меня, когда я достиг мрачного каменного дома, в котором обитал Фал Сивас. Я обошел его и двинулся по длинному коридору, ведущему на верхний этаж; он последовал за мной.

— Куда ты идешь? — спросил он. — В свою квартиру?

— Нет, я иду к Фал Сивасу.

— Он очень занят. Его нельзя беспокоить.

— У меня для него сообщение.

— Оно подождет до завтрашнего утра.

Я повернулся и посмотрел на него.

— Ты раздражаешь меня, Гамас, — сказал я. — Убирайся и займись своими делами.

Он разъярился и схватил меня за руку.

— Я здесь распоряжаюсь! — закричал он. — И ты обязан мне повиноваться. Ты только…

— Только убийца, — закончил я за него и положил руку на рукоять меча.

Он отступил.

— Ты не посмеешь! — вскричал он.

— Неужели? Ты меня не знаешь, Гамас. Меня нанял Фал Сивас, и я подчиняюсь только ему. Он приказал мне немедленно доложить. Если для этого понадобится убить тебя, я это сделаю.

Я видел, что он испугался.

— Я только предупредил тебя, — сказал он. — Фал Сивас в лаборатории. Если ему мешают во время работы, он приходит в ярость и может сам убить тебя. С твоей стороны было бы разумнее подождать, пока он не пошлет за тобой.

— Спасибо, Гамас, — сказал я. — Но я увижусь с Фал Сивасом теперь же. Спи спокойно.

Повернувшись, я продолжил свой путь по коридору, затем вверх по пандусу. Он не пошел за мной. Я подошел к двери Фал Сиваса, постучал в нее и затем открыл. Фал Сиваса здесь не было, но я слышал его голос, доносившийся из-за маленькой двери в противоположном углу комнаты.

— Кто там? Чего тебе нужно? Уходи и не беспокой меня! — кричал он.

— Это я, Вандор, — ответил я. — Мне нужно видеть тебя немедленно.

— Нет, уходи — увидимся утром!

— Увидимся сейчас же, — возразил я. — Я иду к тебе.

Я был уже на пол пути к двери, когда она открылась и Фал Сивас, бледный от гнева, вошел в комнату и закрыл дверь за собой.

— Как ты смеешь? — закричал он.

— Корабля Гар Нала нет в ангаре, — сказал я.

Это, казалось, привело его в чувство, но не уменьшило гнева, только направило его в другое русло.

— Подлец! — воскликнул он. — Сын тысячи миллионов подлецов! Он убил меня. Он отправился на Турию. С огромными сокровищами, найденными там, он сделает все, что захочет.

— Да, — сказал я, — с ним Ур Джан, а Ур Джан вместе с великим и не стесняющимся в средствах ученым могут совершить многое. Но у тебя тоже есть корабль. Он готов. Мы с тобой отправимся на Турию, где нас никто не ждет. У нас будет преимущество. Мы уничтожим Гар Нала и его корабль и ты будешь господином.

Он побледнел.

— Нет, — сказал он, — я не могу сделать этого.

— Почему?

— Турия далеко. Никто не знает, что может случиться. Что-нибудь может испортиться в корабле. На практике он может действовать не так, как в теории. На Турии могут оказаться ужасные звери и дикие люди.

— Но ты построил корабль для полета на Турию! — воскликнул я. — Ты сам говорил мне это.

— Это была мечта, — пробормотал он. — Я часто мечтаю.

В мечтах со мной ничего не может случиться. Но на Турию… О, это так ужасно, это так далеко! А если что-нибудь случится?

Теперь я понял. Этот человек был жалким трусом. Он позволил своей великой мечте рухнуть, потому что не имел смелости пуститься в путь. Что я мог сделать? Я зависел от Фал Сиваса, а он подвел меня.

— Не понимаю тебя, — сказал я. — Ты всегда убеждал меня, что твоему кораблю несложно добраться до Турии. Какая же опасность может ожидать нас? На Турии мы будем гигантами. Ни одно живущее там создание не в состоянии противостоять нам. Самого гигантского зверя Турии мы попросту сможем раздавить ногой.

Я думал об этом с тех пор, как появилась возможность полета на Турию. Я не ученый, и мои рассуждения могут быть неточны, но они приблизительно верны.

Я знал, что диаметр Турии — около семи миль, так что ее объем составляет примерно два процента объема, скажем, Земли, чтобы сравнение было для вас более ясным. Я думал, что если на Турии есть люди и они пропорциональны всему окружающему, как люди Земли, например, то их рост должен равняться примерено девяти с половиной дюймам, а вес — четырем с половиной фунтам. Земной человек там был бы способен прыгнуть на двести двадцать пять, а с разбега — на семьсот двадцать пять футов, и он смог бы поднять там массу, эквивалентную четырем с половиной тоннам.