Провалился в черноту ночи и сна, в небытиё. Точнее бытиё на каком-то другом уровне. Стоило мне выйти в прихожую, чтобы заняться дыхательной гимнастикой и приготовится к полёту. Как десятки черных лохматых лап протянулись ко мне со всех сторон. Ужас по детской привычке начал сковывать мою волю, когда я вдруг осознал, что эти гады питаются моим страхом, силы мои через страх вытягивают. И когда я это понял, то перестал шептать молитву святой Троицы, которую во сне с трудом вспоминал и начал бороться с нечистью. Хватал за лапы, вытягивал их владельцев из темноты, и владельцами лап оказывались не страшные и огромные чудища, а мелкие черти, высотой мне по пояс, не больше. Душил эту мелочь как цыплят, сворачивал им головы, и отбрасывал назад в темноту. Им не было числа, и казалось, это длилось целую вечность. А потом бесенята внезапно кончились. Последнего я поймал на кухне, отнес в туалет и запихал его в унитаз. Но перед этим он успел что-то пропищать, типа того, что придет главный и со мной разберется. Дожидаться главного я не стал. Сходу воспарил над полом квартиры и полетел вниз по лестнице. Вылетел на улицу и тут столкнулся с каким-то уголовником, который попытался меня зарезать. Мы схватились и покатились по земле. Я всё держал его руку с ножом и не знал, что делать. Силы наши были примерно равны, патовая ситуация. И тут под тополем, что растет на углу дома, всё ещё держа своей левой рукой его правую руку с ножом, правой я отпустил его горло (моё горло как в зеркале он соответственно сжимал своей левой рукой), и, подобрав кусок кирпича в траве, ударил бандита в висок. Раз, два, три… Не помню сколько раз, пока не понял, что тот мертв. И тогда я взлетел свечкой в серое небо. И подумал, что победил сегодня всего лишь собственный страх… Страх перед темнотой, нечистой силой и урками… Помните, как в «Матрице»? Нет никакой ложки…

А вот пожарище было. Черные угли и черный труп в погребе в неестественной позе. Посмотрел и понял, как было дело. Пьяной она умерла…

Пьяной её увезли из ресторана на эту дачу. Тут занимались сексом, а потом ему захотелось секса в извращенной форме. Она стала кричать, что не проститутка и на такое не пойдет, тогда её взял силой, а потом из боязни, что заявит в полицию убил… Чуть протрезвев испугался последствий и поджог дом… Одного не учёл. Труп в погребе не сгорит…

Господи! Сколько грязи в этом мире, сколько мрази… И как бог ещё терпит это всё?

Надо сказать, я совсем не удивился, когда в четыре часа дня в офисе возник мой старый знакомый — следователь Мишин Владимир Сергеевич. Мне не хотелось разговаривать, поэтому предвосхищая его вопросы, я сказал то, что его интересовало:

— Преступника ищите среди друзей хозяина сгоревшей дачи. Фамилию, имя и как выглядит без понятия, но он часто там бывал вместе с хозяином.

Копаться дальше в этом преступлении мне было противно. Ощущение грязи прилипшей к коже было почти физическим. Аж чесалось всё, и было жуткое желание помыться. Вот так, наверное, некоторые экстрасенсы и черствеют душой, потому что сталкиваются с такой грязью постоянно.

Точно. Нет у меня страха больше, сам себе удивился, когда возвращался вчера поздно домой (заказ был большой на заправку картриджей, и мы с Артемом в четыре руки до восьми провозились). Темнеет сейчас рано. Того гляди снег пойдет. Иду, а тут возбужденная от алкоголя, враждебна настроенная толпа у подъезда. И сакраментальный вопрос из толпы:

— Закурить не будет?

— Будет, — совершенно спокойно ответил я и полез во внутренний карман куртки за сигаретами. Два темных силуэта отделились от толпы, и подошли ко мне.

— О! Знакомые лица? Программист ты, что ли? — сказало мне лицо с уголовным прошлым, тот самый, что ноутбук ворованный приносил.

— Я.

— Дай несколько… Нас видишь много…

— А я один и сигарет у меня не много, до завтра не хватит.

— Ладно, ладно, — примирительно сказал тип, беря протянутую мной сигарету, и жестом остановил второго пытавшего то ли что-то сказать, то ли сделать, — всё нормально…

И я пошёл дальше, с удивлением отмечая собственное спокойствие и отсутствие малейшего страха. Даже сердце ни разу ни ёкнуло.

Перед сном опять снял крестик с шеи и решил проверить, что будет ночью… Но то, что мне приснилось, я совершенно не ожидал…

«Экскурсия по замку началась. Двигаясь вслед за гидом, вереница туристов опустилась в склеп. Замыкающим вереницы стоял я. Народ в помещении весь не умещался. Мне не удалось даже спуститься со ступенек. Склеп представлял собой небольшой погребок, тускло освещённый светильниками в виде факелов. Полуразрушенная фреска на стене и два каменных гроба. Монотонный и бесполый голос гида.

— Это захоронение относиться к тысяча… … бла-бла-бла (не слышно каком году). Здесь покоятся останки основателя рода… … бла-бла-бла (опять не расслышал)….и первого хозяина замка. Замок подвергся нападению неприятеля, о чём свидетельствует фреска на стене. К сожалению, часть фрески утрачено и нет никаких сведений….(ни фига не слышно)…. останки находятся во втором саркофаге. Поскольку летописей той поры не сохранилось. И на саркофаге отсутствуют надписи… … … … Согласно исследованием ученых — останки принадлежат мужчине средних лет. По устным преданиям это… (аж обидно, но неслышно)… По воле графа он был похоронен в их фамильном склепе. Далее прошу всех проследовать в выставочные залы, где расположены предметы быта и утвари того периода….

Вереница развернулась и змейкой стала вытекать из склепа. Я посторонился, пропуская выходящих, а сам подошёл к фреске. Примитивно, плоско нарисованный рыцарь с непропорционально большой головой мечом указующий на стену замка, куча трупов под стеной. Из кучи торчат стрелы, копья, мечи, другой неопознанный холодняк а так же неопознанные конечности.

Верхней части фрески на стене не сохранилось и не понятно трупы это нападавших или защитников. По противоположенной стене, на фреске такой же большеголовый рыцарь с опущенным забралом, мечом тычет в нечто затёртое и обсыпавшееся вместе со штукатуркой.