Ог поработил испуганных драконов, и они много веков служили ему верой и правдой. Великан не совсем точно понимал причину потопа, ему казалось, будто Всевышний лишь изредка обращает внимание на Землю, и новости приносят ему специальные ангелы-посланники, наподобие отца Ога. Поэтому – думал Ог – можно жить, так, как хочется, лишь бы внешне все выглядело гладким и праведным. По этой причине он, обладавшим знанием магии, сделал драконов невидимыми и запретил им покидать пределы Эрец Исраэль.

Ог и его потомки построили возле пещеры город, названный Хеврон, от слова «хибур», связь. Удивительные свойства пещеры сохранялись в глубокой тайне, драконов Ог использовал только для устрашения врагов и охраны города.

Спустя несколько веков в Хевроне поселился Авраам. И было: явился Б-г Аврааму в дубраве Мамре, что на окраине Хеврона. Поднял он глаза свои и увидел трех незнакомцев, стоящих неподалеку. И поспешил он им навстречу и кланялся до земли. И сказал Авраам:

– Господа мои, если будет вам угодно, не проходите мимо, остановитесь у меня. Омойте ваши ноги и отдохните под деревом, а я принесу вам немного подкрепиться.

– Хорошо, – ответили ангелы Господни, – делай, как ты сказал.

И поторопился Авраам в шатер Сары и сказал ей:

– Замеси три меры лучшей муки и сделай поскорее булки!

И побежал Авраам к стаду и выбрал нежного, отборного теленка, и хотел передать его Ишмаэлю, но вырвался теленок и побежал, прячась среди кустов. И преследовал его Авраам, пока не оказался у входа в пещеру, скрытого ветками терновника. Чудесный, удивительный свет струился из пещеры. Забрался Авраам внутрь, огляделся и в страхе воскликнул:

– Как страшно это место! Не иначе, здесь присутствует Всевышний. Прошел он внутрь и увидел еще одну пещеру, а в ней две надгробия, и две свечи горят в изголовьях. И понял Авраам, что это могилы Адама и Евы, а пещера, то самое место, из которого открывается вход в иной мир.

Прошло больше тридцати лет, и умерла Сара, жена Авраама. Скончалась она в Хевроне, он же Кирьят-Арба, названного по имени арбаа – четырех гигантов живших в городе. А имена их Шешай, Ахиман, Тальмай и Анак, и росту в них было больше четырех метров, и охраняли они город, властвуя над драконами.

И поклонился Авраам народу той страны, хеттам, и просил их:

– Поговорите с Эфроном, сыном Цохара, пусть продаст мне пещеру, на краю его поля, чтобы смог я похоронить в ней умершую.

И ответил Эфрон.

– Пещеру эту я уже дал тебе в подарок. Хорони свою умершую

И сказал ему Авраам:

– Вот, я даю тебе деньги, ту цену, которую назначишь. Прими их от меня, и я похороню умершую.

– Послушай меня, господин мой, – сказал Эфрон. – Что между нами, такая мелочь, как четыреста сиклей полновесных. А умершую свою хорони.

И отвесил ему Авраам полной мерой серебряные сикли. И была цена это невероятно, несообразно велика. Ведь годовая оплата за труд взрослого мужчины составляла всего шесть сиклей. И дивились сыны Хетта непонятной щедрости Авраама, и радовался, смеялся своей удаче Эфрон.

Прошло еще три века. Три пары могил добавились в пещере. Авраам и Сара, Исаак и Ривка, Яаков и Лея. Словно неусыпные стражи стояли их души у входа в иной мир, молясь за своих потомков.

Великаны же и сыны Хетта жили по закону Ога, соблюдая лишь внешние приличия. Когда опускалась ночь, дубовые ставни закрывали окна, толстые запоры накрепко перегораживали двери и черный туман разврата вставал над Хевроном. Великаны менялись женами, брали собственных дочерей, входили к матерям, забавлялись с сестрами. А сыны Хетта повторяли и множили их гнусности, бахвалясь друг перед другом. Перемешались семьи, перепутались роды, и не знал человек, кто приходится ему отцом, кто братом, а кто сестрой. И невыносимы стали дела эти в глазах Всевышнего.

Кончилось рабство египетское. Сорок лет бродил по пустыне еврейский народ, пока не подошел к границам Святой Земли. Всполошились сыны Хетта, а великаны лишь посмеивались, говоря:

– Что за саранча ползает перед нашими виноградниками?

Выступил навстречу евреям великан Ог, царь Башанский, и с ним отборная дружина, умелые воины в кованых из меди доспехах. Два невидимых дракона, сопровождали дружину, десятки повозок для военной добычи медленно тащились вслед за воинами. Вышел навстречу евреям Ог, поднял над головой гигантскую палицу и крикнул так, что задрожали горы. Не успело смолкнуть эхо, как великан бездыханным рухнул наземь. Одним ударом погубил его Моисей, коротким и страшным, как укус змеи.

Расправили крылья драконы, распушили чешую, поднялись в небо. Крики ужаса заполнили стан башанский, им вторили трусливые в стане евреев. Но произнес Моисей тайное имя Всевышнее, и рухнули на землю драконы, рухнули и пропали, словно и не было их никогда. И побежала дружина, бросая оружие, теряя доспехи. Пал грозный Башан, склонились его города, распахнулись сокровищницы, рабами стали жители. Железную кровать Ога нашли во дворце, длиной пять метров и шириной два с половиной. Гроздья винограда украшали спинки, крупного, башанского винограда. А листья вились вдоль ножек, узорно сработанные листья, из чистого, беспримесного железа. На этой кровати творил Ог бесчестие свое, забавляясь глумливо в Рабате, городе амонитян.