С кухни, доставая пирожные из холодильника, Регина услышала, как в зале хохочут Артурчик и Алиса. Их голоса составляли удивительную, райскую гармонию. И тут Регина поняла – смеются над ней, над старой, некрасивой, годной только на то, чтобы подавать кофе.

Мысль о том, что эта девушка может увести сына, и увести навсегда, вызвала что-то вроде рычания; Регина не знала, что способна на такие звериные эмоции. Приключение с Ксюшей показалось ей сущим пустяком, унылая и порой истеричная преданность Алекса тоже опасности не представляла; капризный и непостоянный Диня – тем более; никто из них, в сущности, не посягал на узы, связывающие мать и сына. А эта девица – посягнула! Она могла поманить – и он, забыв про все свои шалости, побежал бы следом.

Взяв себя в руки, Регина достала поднос, выставила чашки с кофе, три штуки, сахарницу, тарелку с пирожными, положила ложечки для кофе и вилочки для пирожных, совершенно не нужные, но ей хотелось смутить девицу, вряд ли знакомую с тонкостями сервировки. Она принесла поднос в гостиную, постелила на журнальный столик дорогую льняную скатерть, купленную впрок, для подарка кому-нибудь нужному, с тайной надеждой, что Алиса прольет на эту скатерть кофе и почувствует себя неуклюжей дурой.

Артурчик все еще показывал девушке домашние сокровища. Регина скрепя сердце признала, что внешне они – прелестная пара, очень друг другу подходят, оба светловолосые, тонкие, изящные. И тут же кто-то перепуганный заорал внутри: уведет, уведет! единственного! будет раз в месяц с ним в гости приходить! вообще уедет с ним туда, где до них не дотянешься!..

Она пустила в ход свой старый испытанный трюк – стала очень внимательно разглядывать Алису, так, как разглядывают африканскую гадюку в зоопарке: сквозь толстое стекло и с холодным любопытством. Алиса пыталась вовлечь ее в оживленную беседу, но куда девочке против старой опытной деловой женщины, умеющей выдержать двухчасовое сражение с поставщиками и добиться выгодных для себя цен. Регина умела напустить на себя презрительный вид и соблюсти нужную дозу высокомерия. Артурчик уже нехорошо смотрел на мать. Наконец Алиса поставила чашку на блюдце и притворилась, будто спешит. Артурчик пошел ее провожать, а Регина устремилась к окну: обнимет, проходя с ней через двор, или не обнимет?

Запела мобилка. Оказалось – Артурчик забыл свою на диване. Регина посмотрела на экран – это звонил Диня. Она нажала кнопку.

– Диня, Динечка, это мама Артурчика. Его сейчас нет, скоро придет. Вы давно у нас не бывали, а я как раз жарю ваши любимые колбаски. Вы там далеко? Забегайте!

Регина не знала, что Алиса, прощаясь с Артурчиком возле остановки, сказала прямо:

– Ну и дура же она у тебя.

– Дура, – согласился Артурчик. – Никак не поймет, что я уже большой мальчик.

– Приходи завтра, будет весело.

– Приду, конечно. Вот, держи…

Артурчик отдал Алисе цепочку с кулоном.

– Что я с этим буду делать? – спросила девушка. – В ломбард разве сдать?

– Можно и в ломбард.

– А если она заметит?

Алиса догадалась, что кулон стянут у Регины.

– У нее этих блестяшек много, не заметит. Ну, если что – сама виновата, денег дает – впритык, только на кофе с пирожками хватает. Давай, беги в ломбард. И за товаром.

– Бегу, солнышко. До завтра!

Они расцеловались – по-приятельски, в щеку. Алиса ушла, Артурчик остался стоять, глядя на прохожих. Возвращаться домой и слушать ехидные материнские вопросы он не хотел.

По другой стороне улицы шла молодая женщина, похожая на Ксюшу, вела за руку девочку. И Артурчика, впервые за все это безумное время, осенило: да у него же растет ребенок! Мать сделала все, чтобы он не думал о Ксюше и ребенке, он поддался, но война матери объявлена – и хотя бы поэтому нужно увидеться с Ксюшей и посмотреть на ребенка.

Приняв решение, Артурчик первым делом стал его откладывать – когда было подходящее настроение, то не было времени, когда было время – одолевал страх, как бы не встретили руганью, а когда совпадали время и настроение, то было пусто в кармане – к малышу с пустыми руками не пойдешь, а в компании, куда Алиса ввела Артурчика, деньги улетали со свистом: не клей же нюхать, все покупают кокаин, аристократический порошочек, и что – Артурчик хуже всех? О том, что будет, когда мать обнаружит пропажу драгоценностей, он старался не думать. Ну, покричит, замахнется, велика важность. Вряд ли нажалуется дядям – после истории с Алексом они к ней любовью не пылают, считают, будто она во всем виновата… а Алекса все-таки жалко… он-то как раз любил, а Динька – дурака валяет, и Игоречек дурака валяет, а с Рудиком, кажется, завязывается что-то серьезное, Рудик – безумно ласковый… как бы его полюбить?..

Артурчик был к матери несправедлив – в том, что он не вылетел из института, была исключительно ее заслуга. Она познакомилась с дамами на кафедрах и из своих деловых поездок привозила им дорогие подарки. Собственно, выбор этих подарков и навел ее на мысль о бутике – не пошлом и тошнотворном, где людям пытаются впарить китайский ширпотреб за натуральную кожу от «Piquadro», а о настоящем, где даже футлярчик для визитных карточек – из крокодила.

Так что Регина потихоньку начала присматривать помещение – и отыскала через несколько месяцев одно удачное. Ее позабавило, что это неподалеку от Лидиного дома. Она бы не слишком расстроилась, если бы заломили высокую цену, и нашла что-нибудь подешевле, но помещение перехватил конкурент, и тут ей вожжа под хвост попала. Регина решила заполучить не только торговый зал с несколькими комнатами, но весь дом. Дом был сталинской постройки, очень солидный, и она радовалась: вот такое не стыдно оставить Артурчику в наследство!