Даже женщине трудно осознать, какую травму мастэктомия наносит другой женщине, жертве лечения, которое оказалось более радикальным и уродующим, чем это было необходимо, или жертве ложного результата биопсии, сделанной поспешно на операционном столе и повлекшей за собой абсолютно ненужную операцию. Обе эти трагедии случаются гораздо чаще, чем вы можете думать.

В октябре 1980 года нью-йоркский суд присяжных присудил 2,7 миллиона долларов семье женщины, потерявшей обе груди из-за того, что в отчете о биопсии стоял ошибочный диагноз – рак. В том, что с ней произошло, нет ничего смешного, но процедура дачи показаний об этом событии напоминала комическую шараду.

На ошибочных отчетах о биопсии была напечатана фамилия ассистента заведующего отделением патологии той больницы, но не было его подписи, и ассистент стал уверять, что ничего не знает об этих отчетах. Заведующий отделением отсутствовал, когда готовился отчет, но проверил взятые образцы биопсии по возвращении. Он не нашел никаких признаков рака и заявил, что проинформировал об этом хирурга, до того как тот удалил женщине груди. Хирург же утверждал, что к моменту получения этой информации операция была уже завершена.

В ходе этого аттракциона по жонглированию ответственностью был установлен только один факт – злополучная пациентка ни за что потеряла обе груди. Она даже не испытала удовлетворения от компенсации за свою потерю, потому что умерла до истечения семи лет, потребовавшихся, чтобы по делу было вынесено решение.

Потрясающе? Конечно. Но в священных залах Современной Медицины нечему удивляться. Подобное происходит постоянно, и гораздо чаще, чем хирургов заставляют в этом признаться.

В конце 1973 года Национальный институт раковых заболеваний и Американское общество по борьбе с раковыми заболеваниями запустили национальный проект по выявлению рака, в ходе которого 280 000 женщин стали регулярно проходить маммографическое обследование в двадцати семи центрах по выявлению рака. К 1976 году этот массовый проект по рентгеновскому скринингу выявил 1800 случаев рака. На самый поверхностный взгляд, это было воодушевляющим свидетельством успешности проекта. Тем не менее тогда же был проведен анализ его результатов. И он выявил 48 случаев постановки ошибочного диагноза, 37 из которых привели к ненужному удалению груди.

Заметьте, что эти обследования проводились при содействии федерального агентства и подверглись публичному беспристрастному анализу. И одному Богу известно, сколько ошибочных биопсий делается в больницах и сколько женщин в результате теряют свои груди. Единственный метод контроля в больницах – проверка послеоперационного отчета патолога, который нигде не публикуется, больничной комиссией по тканям. По большей части эти проверки настолько бессмысленны, что некоторые из нас уже называют их «бумажными».

Я много лет предупреждаю женщин о том, что ежегодная маммография, которая назначается без обнаруженных симптомов рака, может вызвать больше случаев этого заболевания, чем она диагностирует. И я не одинок. Д-р Джон Ч. Бейлар III, главный редактор «Газеты Национального института раковых заболеваний», сделал аналогичный вывод в отчете за 1975 год. Его заключение подтверждается многочисленными исследованиями, где высказывается предположение, что кумулятивная доза излучения, превышающая 100 рад, через десять-пятнадцать лет способна вызывать рак груди. Д-р Ирвин Бросс из Мемориального института Розуэлл-Парк в Буффало, штат Нью-Йорк, в 1978 году также предупреждал подкомитет конгресса, что четверть миллиона женщин, обследованных в ходе того национального проекта, «через пятнадцать-двадцать лет станут жертвами самой ужасной в истории медицины ятрогенной (порожденной врачами) эпидемии рака груди».

«Федеральные агентства, проводящие исследования, требующие больших финансовых затрат, их промышленное лобби и их союзники из сообществ инженеров, ученых и медиков врали обществу об опасностях низких доз радиации в течение двадцати пяти лет», – сказал д-р Бросс. Он добавил, что исследователи получали вознаграждение за то, чтобы умалчивать об опасностях радиации, и наказывались, если им не удавалось доказать, будто низкие дозы радиации безопасны.

Я рад, что Национальный институт раковых заболеваний и Американское общество по борьбе с раковыми заболеваниями отказались от рутинной маммографии женщинам младше 50 лет.

К сожалению, некоторые врачи не читают ничего, кроме выписок со своего банковского счета, и до сих пор делают маммографию, несмотря ни на что. Как и все рентгеновские процедуры, маммография потенциально опасна для здоровья. Пока у вас нет убедительных причин в виде симптомов, не позволяйте своему врачу делать ее вам.

Еще большее беспокойство у каждой женщины должна вызывать постоянная склонность моих коллег прибегать к самым радикальным видам вмешательства при встрече с любой болезнью. Нигде последствия этого насилия не бывают так печальны, как там, где дело касается рака груди.

В течение почти ста лет радикальная мастэктомия по Холстеду являлась предпочтительным методом для большинства хирургов, когда они сталкивались с диагнозом рака груди. Эта процедура была разработана д-ром Вильямом Стюартом Холстедом в 1882 году и принята в качестве стандарта лечения, после того как была продемонстрирована всего на пятидесяти жертвах рака. Многие хирурги поддерживают и повседневно используют ее и поныне.

Эта операция была разработана во времена, когда рак груди определялся на гораздо более поздней стадии. Соответственно, опухоли были, как правило, очень большими и зачастую охватывали и лимфатические узлы, а также грудные мышцы.