Ага, на первый взгляд, не все так плохо. «Альфа-прим» опознавался как «дружественный» всеми системами, способными генерировать запрос «свой-чужой». Судя по логам, сорок девять лет назад он без возражений принял пакет служебной информации и влет прошел все сертификационные тесты. Затем рутинные проверки раз в год и терабайтный апдейт-патч две недели назад. Прямиком перед установкой. Однако…

Техник, выполнявший задание по интеграции штучного импланта в систему ВС Пятого Рима, схалтурил. А может, просто не нашел другого способа выполнить поставленную перед ним задачу.

Получив административный доступ к импланту, он просто указал союзный статус Системы и сменил место службы носителя на Вечный Город. Твердолобо, как перевод часового пояса в многострадальном Виндосе.

Внешне все в ажуре. А вот внутри кор-ядро импланта по-прежнему считало себя и своего оператора прикомандированным на периферию бойцом Флота Российской Империи. И сулило мне это невесть какие сюрпризы…

Невидимый арбитр решил, что мы залежались. Зуммер интерфейса зло рявкнул сиреной, информируя о списанных с УК баллах за курение в закрытом объеме. Вновь просел индекс обитаемости, причем значительно ниже, чем можно было ожидать от двух десятков сигарет. Дабы прониклись, нам организовали стремительное почернение и отмирание мха на уже давших дружные всходы плантациях. Мол, не вынесла нежная натура сорняка бирюзового дыма модифицированных кедровых шишек. Ну не гады?!

Резким сигналом аларма выдергиваю народ из сопливых грез. Подъем, бойцы! Родина-мачеха жаждет ваших подвигов!

Пинками разгоняю особо тормозных и борзых – доминировать приходится не только словом, но и делом. Недаром во всех древних армиях главным офицерским атрибутом был стэк – сигналы от болевых рецепторов воспринимаются организмом гораздо четче, чем от слуховых.

Собираю вокруг себя капральскую команду, заодно приглашаю пару наиболее сообразительных ребят и одну девушку – будущее ядро штаба соединения.

Пока головы у всех относительно свежие, ставлю на штурм первоочередную задачу – разработать план победы над ломящимся в двери шлюза монстром.

За аксиому принимается, что каждый удар твари смертелен. Стонущий под нагрузкой бронекомпозит ни у кого не вызывает желания опротестовать вводную. По верхним точкам вычисляем примерную высоту противника, по синхронным вмятинам – ширину размаха клешней, или чем он там так неутомимо долбится…

Задумчиво чешем короткие ежики отрастающих волос. Девушки – с сожалением – имидж солдата Джейн радует не всех, бывшие плешивые – с наслаждением.

Мощь и габариты твари напрягают. Что там? Вставший на дыбы танк Т-90? Отлитый из мифрила взбесившийся мамонт? Безумный морф, склеенный из сотни тел?

– Наблюдателя к шлюзу. Баррикаду разобрать, только добро попортит. Ждать первого разрыва в волокне композита! Я – на второй сталкерский забег по «Зоне». Буду через три минуты, а пока что, адово племя, думайте!

На этот раз бежалось значительно легче. Имплат успел создать 3D-карту помещения, наиболее темные участки синхронно дорисовывала графика интерфейса, подсказывая, где стены, углы, искрящие кабели или голодные клыки титановой арматуры.

Время пребывания в «горячей зоне» также увеличилось. Во-первых, на плане были отмечены все наросты агрессивных цист, включая эллипс подконтрольного их вормам пространства. Штурмовые наниты прикрывали пятиметровым колпаком гнезда диверсантов, а те, в свою очередь, могли гадить на солидной дистанции в три десятка шагов. Дальше уровень угрозы стремительно падал. Оранжевая подсветка переходила в желтую, что означало стопроцентную ликвидацию угрозы в случае нападения.

«Альфа-прим» вел меня замысловатым маршрутом, оценивая общую плотность наноловушки как «достаточную для периферийных объектов класса «В».

Имплант не наглел – в зоны тройного перекрытия колоний не подводил, уважительно подкрашивая бордовым цисты «Штурм-роя».

Мне прям-таки слышалось, как он бубнит вполголоса: «…солидно и на века… сразу видно – работа старых мастеров. Сейчас таких не делают, утеряны технологии… штампуют килотоннами копеечных «Домовых» и «Баньши», да вот только толку-то с них… Ну ладно, ладно… Толк есть, но ведь грубо и топорно! То ли дело раньше! Шар цисты – размером с кулак! А ущерба – словно после прямого попадания болванки главного калибра линкора «Армавир»! А это, между прочим, двести килотонн в эквиваленте!»

На десяток секунд я задержался у помеченной маркером стены. По прогнозам импланта, именно здесь располагается аварийный бокс со средствами индивидуального спасения. На военных судах РИ такие щиты обязаны находиться в каждом отсеке. Стандартная комплектация на всех обитателей модуля плюс тридцать процентов резерва. Проходной коридор – это, конечно, не казармы абордажников, но хоть что-то там будет?!

«Альфа» уже измерил геометрию мха и прорисовал на моей сетчатке зеленый контур спас-бокса. Как назло, рядом пристроилась циста универсального «Варяга», способная атаковать и сдерживать значительно превосходящие силы противника. Правда, в предельно малом объеме и обычно лишь один раз. Никаких систем подзарядки, нанофабрик, средств маскировки и прочего лишнего блуда для слабаков. Ставка на один разрушительный удар. Ворм-камикадзе, привычно разменивающий себя по болезненному для противника счету. Снаряд – на танк. Самолет – на линкор. Ракету – на город-миллионник.