Сегодня от моих усилий даже море встало на дыбы, обнажив дно, полное морских обитателей, а вот шарик так и остался висеть!

Без сил я упала на песок и раскинула руки.

— Все, я сдаюсь. Не могу больше. Это просто невозможно!

— Возможно, — я повернула голову и почти застонала, глядя, как Райден заставляет этой проклятущий шарик танцевать в воздухе. Не прикасаясь и даже не двигаясь с места.

— Бурдюк гнилой требухи, как вы это делаете?

Райден приподнял бровь, как делал всегда, когда с моих губ срывалось очередное «высказывание», но я лишь фыркнула.

— Я тебе объяснял уже тысячу раз, Лея. Ты берешь силу и ударяешь ею, словно кувалдой, а надо лишь слегка прикоснуться.

— Я не могу прикоснуться!

— Значит, мы будем учиться, пока не сможешь, — невозмутимо протянул Райден. Я села и посмотрела на него снизу вверх.

— А если на это понадобятся годы? Или десятилетия?

— Значит, годы. Или десятилетия.

— Вы собираетесь терпеть меня и учить столько времени?

Он склонил голову, рассматривая мое лицо, а я хмыкнула. Магистр удивительно терпелив, не знаю, как он справляется с эмоциями, я бы уже взорвалась! А он — нет. Раз за разом повторяет и объясняет мне одно и то же, не злится и не повышает голос, даже ни разу не заорал!

Это я переколотила все на этом берегу, попинала все камушки и вспомнила все свои ругательства, а он лишь смотрит и улыбается!

И не понять, что творится в этой красноволосой голове!

— Не сиди на песке, — привычно велел он.

— Так тепло же, — безмятежно возразила я. — И все-таки, хорошо, что на Риф вернулось лето, правда?

— Сказал — не сиди. Земля успела остыть за время сближения миров, — нахмурился магистр и я, поморщившись, поднялась. Райден улыбнулся и посмотрел на полосу песка вдоль моря. — Пройдемся?

Я кивнула, отряхнула со штанов песчинки и пошла рядом с ним. Некоторое время мы оба молчали, всматриваясь в мягко накатывающие волны и блики света, скачущие по волнам. Светящийся шарик плыл за нами, словно светлячок, повинуясь мысленному приказу Райдена. Я повернула голову и незаметно показала шарику язык. Вернее, я думала, что незаметно, потому что магистр все-таки увидел и усмехнулся.

— Порой ты ведешь себя, как твоя сестра Незабудка, — улыбнулся он.

— Глупо?

— Непосредственно.

— Могу напомнить, что кто-то здесь ест с пальцев шоколад! — отбила я. Райден кинул на меня быстрый взгляд и сразу отвернулся, не давая мне рассмотреть выражение его глаз. Я пнула деревяшку, попавшуюся под ноги.

— Кстати, ваш шоколад закончился, — расстроено протянула я.

— Ты съела весь горшок?

— Так он же был маленький!

— Одна?

— Нууу…

Райден рассмеялся.

— Хорошо, я приготовлю тебе еще. Если будешь хорошо себя вести.

— Вот это вряд ли! — я фыркнула. — Хорошо у меня не получается как-то… Только соберусь, но то война, то Искра гаснет! Так что — никак. А может, выделите одну ложечку этим… авансом?

— Ты недавно снова спалила крышу основного корпуса, — Райден приподнял темную бровь, его лицо было серьезным и строгим, но я видела искры, что расцвечивали золотом его глаза. Я заметила, что когда маг веселится, его глаза похожи на лист, подсвеченный солнечным светом. И ресницы у него темные и прямые, словно стрелы, совсем без изгиба. Очень красивые глаза.

Я смутилась, осознав, что слишком пристально рассматриваю мужское лицо. Но внешность магистра действительно завораживала, на него хотелось смотреть.

Отвернулась и подковырнула носком пласт песка.

— Это не я спалила, а Тисса! Я погасить хотела.

— И поэтому обрушила на крышу глыбы льда и пробила ее? Хорошо хоть никого не убила….

— Что, и пол-ложечки не выделите? — несчастным голосом протянула я.

— Кстати, а что ты искала в кладовой? — Райден вдруг резко остановился и уставился на меня.

— Ну, я подумала, что там, может, завалялось на верхней полке… немного… — окончательно смутилась я.

— Сладкоежка, — негромко протянул магистр, и от того, как он это сказал, мое сердце подпрыгнуло и забилось.

Нежно… Он произнес это так нежно… Так, словно сейчас развернется и прижмет к себе. Или поцелует… Это слово уже было словно поцелуй — сладкоежка…

Но Райден отвернулся и посмотрел на море.

— Пол-ложечки выделю, но только тогда, когда хоть на мизинец передвинешь шарик.

— У вас сердца нет! — расстроено буркнула я.

— У меня запасной Академии нет, — отозвался он. — И если дать тебе волю, то и этой не будет. Так что учись, Лея. И будет тебе шоколад. Хоть ведро. Обещаю.