Шрифт:
– Да полно… Город большой… Там и своих рэкетиров хватает…
– Сам кооператором станешь?
– Ну, можно цех открыть, кроссовки шить. А че, товар ходовой!
– Тогда на тебя самого рэкет наедет. И ты ничего поделать не сможешь. Потому что братва, которая на тебя наедет, стоять будет на своей земле… Понимаешь, о чем я? У каждого зверя своя территория, ушел с нее – сожрут… Нельзя тебе уходить из Барсана, здесь твоя земля… И стволы у тебя есть… А «мясники» – они чужие. Им здесь не место. Их поганой метлой отсюда надо…
– Да это понятно, – вздохнул Яша.
Он хотел отвести взгляд в сторону, но Матвей взял его за подбородок и заставил смотреть себе в глаза.
– Ты боишься?
– Ну, не то чтобы… – Яша взял его за руку, убрал ее от своего лица, но глаз не отвел.
– Тебе страшно. Но это пройдет. Если ты не фуфло.
– Не фуфло я! – встрепенулся парень.
– Дело не в том, страшно нам или нет, – покачал головой Емеля. – У нас тут на Бремене все держалось. Бремен был, Палас, Боня… На них все строилось… Как без них, я не знаю… И Яша не знает…
– Ну, ты за меня не говори… Я-то знаю…
– Что ты знаешь? – с интересом посмотрел на Яшу Матвей.
– «Мочить» «мясников» надо, собрать их до кучи, и самих на фарш, – неуверенно проговорил пацан.
– А сможешь? Ты когда-нибудь убивал?
– Ну, как-то не выпадало, – пожал плечами Яша.
Матвей перевел взгляд на Емелю, но и тот качнул головой. Не было у пацанов опыта. Зеленые они еще совсем, вся их сила на чужом авторитете держалась. Этой силы только на то и хватало, чтобы «несунов» запугивать и в узде их держать. Дело, конечно, нужное, даже необходимое, но сейчас этого мало. Сейчас, чтобы вернуть контроль над поселком, хищников убивать надо, а не травоядных доить.
– А ты? – напряженно глядя на Матвея, спросил Емеля.
– Выпадало. И убивал… Это нетрудно. Главное, нож в руке крепко держать. А если «волына» есть, еще проще…
Матвей говорил с уверенностью знающего человека, но при этом сомневался в своих способностях. Не так уж и просто убить человека. Все-таки человек… Но в то же время он не врал. Повернись вдруг время вспять, он, не задумываясь, всадил бы нож в Шалута. И Губаря бы не пожалел. И Стеса бы «поставил на перо»… Насчет Боярчика бы подумал – как-никак, тот в законе был, хотя, в принципе, сволочь еще та…
И «мясники» из Красносибирска были бешеными псами, без которых земля станет чище… А если Матвей вдруг не сможет с ними справиться, если сам сгинет, мир без него не обеднеет. Как ни крути, а он такой же дикий зверь, из тех, кого нужно отстреливать…
Глава 4
Красивый парень. Лицо как будто плакатный художник рисовал – четкий овал, правильные черты, аристократический нос, в меру полные губы, волевой подбородок. Отличное телосложение, чумовой прикид – лайковая куртка, черные джинсы, кроссовки… Парень смотрел на Риту весело, в ожидании ответного восторга. Он привык к легким победам над девушками, поэтому был уверен в себе.
Но Рита качнула головой, слегка покривив губы. Красивый парень, но постный. Глаза синие, но в них нет глубины. У Матвея в глазах под яркой синевой хоть и темное, но море – глубокое, втягивающее, а у этого – пустая рыхлая порода… Нет, не хочет она с ним, пусть проваливает.
Сегодня у нее знаменательная дата – окончание сессии. Она успешно сдала экзамены, и четвертый курс исторического факультета остался позади. Можно сказать, остался в истории…
Только что-то не радостно на душе. Нет чувства окрыленности, походка тяжелая, и непонятно, как на нее клюнул красавчик. Она шла по улице, он подъехал на «семерке» и получил «нет» в ответ… Вот если бы Матвей подъехал, он бы от ворот поворот не получил…
Но Матвея нет. Бегает где-то. Он парень шустрый, поэтому менты не смогли удержать его под замком. К Рите приходили, спрашивали, не появлялся ли он. По милицейским учетам она проходила как его девушка. Что ж, она не против…
– Слушай, может, все-таки прокатимся? – не сдавался красавчик.
Рита недобро усмехнулась, глядя на него. Да, в свое время она повела себя как полная дура, но это совсем не значит, что у нее сейчас мозги набекрень. Она же насквозь его видела. Ему сейчас не столько Рита нужна, сколько победа над ней. Не может он уйти побежденным: гордость не позволяет.
– У меня парень есть, он меня не поймет. И тебя тоже.
– Ну, парень не стенка, можно и подвинуть…
– Он не стенка, он Шкаф. Кличка у него такая. Он бандит.
– Кличка такая? – смутился красавчик.
– Да, он широкий как шкаф. И тяжелый… Или ты сможешь его подвинуть?
– Да, конечно… Ой! – Нервно глянув на часы, хлопнул себя по лбу парень. – Совсем забыл! Извини, в следующий раз!
Он рассеянно махнул рукой в знак прощания, сел в машину и укатил прочь по Садовому кольцу – в сторону Павелецкого вокзала.