Шрифт:
Тем не менее сейчас Мэрион вежливо улыбнулась:
— Спасибо, мистер Доусон.
Ну как, как удрать отсюда?! Со злости она пнула коленкой ножку стола.
И тут ее осенило — это же так просто!
Она пригнулась, заглядывая под стол, и через секунду выпрямилась, нацепив на лицо огорченную мину. Подвинулась ближе к Рэю, сказала полушепотом:
— Рэйки, у меня проблема!
— Что случилось?
— Колготки где-то зацепила. Там теперь дорожка заметная…
Расчет был безошибочный: для большинства мужчин колготки, маникюр и косметика — это те маловажные (по их мнению) вещи, которые женщины — такова уж их непостижимая природа — возводят чуть ли не в ранг жизненной проблемы. Мэрион не сомневалась, что и Рэй, услышав слово «колготки», в душе снисходительно усмехнется.
— Я наверное, сейчас смоюсь отсюда потихоньку, — добавила она.
— Что?!
— Ну не могу же я идти в суд в дырявых колготках! Сбегаю в универмаг, куплю новые — переоденусь и приду прямо в суд.
— Только постарайся не опоздать, — сказал Рэй. (Ага! Клюнуло!) — Не завязни там надолго, знаю я тебя с твоими примерками!
— Нет, ну что ты! Я только колготки куплю, и сразу обратно. Ладно, выпусти меня. Если папа спросит, куда я пошла, объясни ему потихоньку.
Танцующей походкой удаляясь по проходу между столиками, она подумала: «Нет, дорогой, ты меня еще не знаешь!»
В здании суда Мэрион появилась не в три, а только в полчетвертого. Но сразу в зал не пошла — еще минут пять побродила по коридору, попила воды из фонтанчика и лишь после этого приоткрыла дверь зала и тихонько скользнула внутрь.
Подгадала она точно: перед судейским столом, повернувшись к присяжным, стоял Куган.
— …Рэй Логан нарушил закон, — услышала Мэрион. — Он стрелял в беззащитного и безоружного человека — в Тони Ринальди. Он ударил его беременную невесту. И никакие смягчающие обстоятельства не могут оправдать этих поступков…
А теперь — ее выход!
Мэрион быстро пошла, чуть ли не побежала вперед по проходу. Каблучки звонко цокали — быстрее, быстрее! Быстрее, пока никто не опомнился и не попытался ее остановить!
Куган запнулся и обернулся, судья уставилась на нее удивленно и выжидающе.
Быстрее, быстрее! И не отводить глаз от судьи — пусть думает, что Мэрион ей что-то хочет срочно сообщить!
Лишь в последний момент, оказавшись на уровне скамьи, где сидел Рэй, она резко затормозила и обернулась к нему. Крикнула — так, чтобы слышал не только он, но и все вокруг:
— Рэй, у меня тест положительный! — Мельком скользнула глазами по удивленным лицам присяжных. — Слышишь — у меня положительный тест!
— Что?.. — начал он.
— В чем дело?! — одновременно переспросила сбоку судья.
Мэрион объяснила — не ей, Рэю:
— У нас ребенок будет! — Повторила, радостно сияя: — У нас будет ребенок!
— Да что это такое, — рявкнула судья, стукнула молоточком по столу. — Неужели вы не можете семейные проблемы решать дома?!
— Простите, — обернулась к ней Мэрион. — Я… ну, понимаете, у нас ребенок будет! — Пусть присяжные еще раз это услышат, пусть! А потом трижды подумают, сажать ли в тюрьму человека, у которого беременная жена! — Я только что, час назад узнала!
— Это не дает вам права срывать заседание! Я сейчас прикажу вывести вас из зала! — очевидно, в практике судьи подобных случаев еще не было, и слова ее, вопреки грозному смыслу, прозвучали несколько неуверенно.
— И…извините, — потупившись, неловко промямлила Мэрион. Сама подумала: ну и пусть выводит! Пусть хоть арестует — все равно, самое главное она успела сказать!
— Ну хорошо, — смягчилась судья. — Сядьте, пожалуйста, и не нарушайте больше порядок.
— Спасибо.
Села Мэрион не рядом с отцом, а на первое попавшееся свободное место — наверняка он на нее сердится, не хватало еще получить от него выговор шепотом! Пусть немного подостынет пока.
С этого места было видно Рэя. Несколько раз он оглядывался, находил ее глазами — она бодро улыбалась, и он, успокоенный, отворачивался. Кончилось тем, что Доусон сказал ему что-то — наверное, попросил не отвлекаться, потому что больше Рэй не оборачивался.
Куган продолжал свою речь, но, как показалось Мэрион, звучала она уже не так убедительно и энергично, как раньше. Похоже, того же мнения были и присяжные — некоторые из них даже не смотрели на него, а рассеянно скользили взглядом по залу.
Сама Мэрион тоже не особо вслушивалась в то, что говорил помощник прокурора. Если сказать по-честному, на душе у нее скребли кошки. Кураж, поддерживавший и подхлестывавший ее до сих пор, испарился вдруг, словно его и не было, сменившись тревожной и тягостной мыслью: а может, не стоило так высовываться, нарушать порядок? Не навредила ли она Рэю этой своей выходкой?! Наверное, надо было все же посоветоваться с кем-то поумнее, с тем же Доусоном, например…
Чтобы не думать об этом — все равно теперь уже ничего не исправишь — она сказала себе: «У меня будет ребенок… у нас с Рэем будет ребенок…» и невольно улыбнулась. Вспомнила то неповторимое ощущение, которое испытала сегодня в туалете универмага, увидев, как в окошечке купленного за четверть часа до того теста на беременность проступают две — две, действительно две![28] — полоски.