Из моего рта несознательно вырывались слова. Я произнесла несколько раз «Саймон», раз или два «Как же хорошо», но большая часть из них состояла из «Мммм» и «Аааа», а может даже «Ооооххх», хотя точно не уверена.

Горячее дыхание Саймона обжигало мою кожу и заводило еще сильнее. Мои руки свободно блуждали по прекрасной территории, чем являлись его волосы. И когда я переместила их на его лицо, то была награждена невероятным поцелуем, его глаза были закрыты в полном восторге от происходящего. Он снова немного спустился вниз, покусывая мою кожу, я буквально вцепилась в его волосы, это было просто потрясающе.

Другая его рука поглаживала мою ногу, позволяя мне еще сильнее обвивать его, в то время, как он поднимался выше, подобравшись к краю кружева. Это была последний барьер: кружевная преграда.

Я затаила дыхание, когда он добрался до него, задевая лишь кончиками пальцев край моих трусиков. Его дыхание также замедлилось, пока он продолжал нежно поглаживать меня, его лицо вновь поравнялось с моим, и сейчас настал тот момент, когда мы просто смотрели друг другу в глаза. Трепет — именно это я испытывала, когда он едва касался меня, аккуратно, не торопясь. Мы не разрывали зрительный контакт, когда он двинулся дальше, и с болезненной точностью коснулся меня там.

Мои глаза тут же закрылись, и по всему телу прошла волна удовольствия. Дыхание вновь встало отрывистым, то внутреннее давление, которое циркулировало по всему телу, сейчас превратилось в неслышный гул и вибрировало по всей коже. Я начала двигаться вместе с Саймоном, когда его руки исследовали меня, и я не сдержала крохотный стон. Это все на что я была сейчас способна. Меня переполняли чувства и энергия, которая окружала нас.

Я была уверена, даже с закрытыми глазами Саймон понимал, что я сейчас чувствовала. Бедному мужчине наконец-то дали доступ к телу. И после того как его пальцы стали двигаться более уверенно и настойчиво, со мной начало происходить что-то неописуемое. Тысячи нервных окончаний, которые давно слонялись без дела, наконец начали оживать. Мои глаза открылись, когда по телу, зарождаясь в центре и двигаясь дальше, начало растекаться знакомое тепло.

Саймон однозначно наслаждался происходящим. Его взгляд был затуманенным, полным страсти, пока я извивалась под ним. Думаю, он чувствовал мое напряжение, и как мое тело начало оживать.

— Боже, Кэролайн ты такая... такая красивая, — пробормотал он, и сейчас в его глазах было больше чем страсть, и мои глаза начало пощипывать.

Я обняла его за шею, прижимая ближе к себе, рывками пытаясь снять его рубашку, чтобы я могла полностью ощутить его тело. Он приподнялся буквально на секунду, срывая рубашку, в нетерпении, ничуть не меньшем чем мое, от чего я захихикала.

Вновь пустившись на меня, он скользнул вниз, и его губы прижались к моему животу. Он посмеивался, когда кружил языком вокруг моего пупка.

— Над чем это вы смеетесь, мистер? — захихикала я, сжимая его уши. Он был под ночнушкой, поэтому я не видела его лица. Высунув голову, на его лице была такая улыбка, от которой у меня поджались пальцы на ногах.

— Если у тебя такой вкусный животик, черт, Кэролайн. Не могу дождаться, когда попробую твою киску.

В разные периоды своей жизни каждая женщина обязательно должна услышать три вещи:

1. Вы получили эту работу.

2. Твоя попа просто восхитительна в этой юбке.

3. Я с радостью познакомлюсь с твоей мамой.

Но в определенные моменты, в нужное время, иногда женщина также нуждается услышать слово на букву К.

И это далеко не Клуни.

Когда он это сказал, я не сдержала стон, да такой пронзительный, что разбудил бы даже мертвого. Его язык путешествовал от пупка вниз до рюш от ночнушки, а затем с благоговением он зацепил пальцами резинку от трусиков, и стянул их вниз по ногам.

И вот она я, лежу на горе подушек, в своей розовой ночнушке задранной наверх, открывающей самое сокровенное, и я чертовски счастлива. Он притянул мои бедра к краю кровати, а сам опустился на колени. Господи.

Пока он поглаживал руками мои бедра, я поднялась на локтях, мне нужно было видеть, как этот замечательный мужчина ласкал и заботился обо мне. Он был просто неотразим стоя на коленях, с наполовину расстегнутыми брюками, взлохмаченными волосами. И был приступить к делу.

Еще раз высунув язык, он прошелся смачными поцелуями по внутренней стороне моего бедра, сначала на одной ноге, затем по второй, с каждый разом все ближе и ближе подбираясь к месту, где я хотела ощутить его больше всего. Аккуратно подняв мою левую ногу, он поставил ее к себе на плечо, я выгнула спину, ведь сейчас мое тело горело от жажды почувствовать его.

Его взгляд задержался на мне всего на мгновение, но мне показалось на целую вечность.

— Красавица, — выдохнул он, перед тем как прижаться ко мне губами.

Никаких быстрых движений языком, никаких легких поцелуев, только невероятное давление его губ, окружившее меня. Этого было достаточно, чтобы я откинулась на кровать, не в силах больше опираться на руки. Это ощущение, это изысканное ощущение его прикосновений было всепоглощающим, и я едва могла дышать. Он лизал меня медленно и долго, раскрывая меня одной рукой, сочетая губы, пальцы и язык в нежные и ритмичные движения, которые возносили меня к стратосфере, пробуждая желание, трепет и восторг, которые я уже довольно давно не чувствовала.