Джесси попыталась вытереть слезы и смотрела в пол, когда Лив присела рядом с ней на край кровати.

— Джесс, прости, что подслушала. — начала Лив, все больше и больше приобретая уверенность с каждой фразой. — Но ты зря поругалась с Джонни из-за меня. Он всегда был и будет твоим, а твои обвинения… Возможно, ты права, и он проводит со мной слишком много времени, но это только из любопытства, поверь! Ему интересно узнать, какой я выросла, он помнил меня только маленькой девочкой.

Лив не умела говорить таких речей и ужасно замялась, совершенно не зная, как положено утешать в таких ситуациях, тем более, что дело касалось отношений, и она совсем не понимала, как далеко может заходить. Джесси перестала плакать и мрачно уставилась на нее.

— Ну хочешь, я буду разговаривать с ним раз в неделю и только в твоем присутствии, чтобы ты поняла, что мы с этим эгоистичным и самовлюбленным засранцем только хорошие знакомые, даже не друзья, ведь друзья иногда тепло общаются, ну а у нас будут вежливые и прохладные отно…

— Лив. — остановила ее Джесси и вдруг взяла за руку. Лив была так растеряна этим разговором, что даже не попыталась отнять ее. — Нет, конечно, я не хочу, чтобы ты перестала с ним общаться! Ты тут ни при чем, это он не умеет себя контролировать… Вот всегда он так! — Джесси снова начала злиться. — Любая симпатичная женщина для него, как катализатор, он сразу включает все свое обаяние, чтобы очаровать, влюбить в себя… Наверное, мне просто не хватает уверенности в себе, раз я ревную его так сильно…

Лив вздохнула, искренне желая помочь, но совершенно не зная, что ей еще сказать. Задумавшись, она осторожно начала:

— Джесси, ты просто… сильно любишь его и это нормально… наверное. Я совершенно ничего не смыслю в отношениях, если только это не ссоры с соседкой по комнате о том, какие обои нужно наклеить следующими, но… Мне кажется, что он бы не женился на тебе, если бы не любил. И если бы ему хотелось променять тебя на кого-то другого, то он вряд ли пытался бы сохранить ваши отношения…

Джесс вдруг улыбнулась и вытерла слезы.

— Ты права, сестричка. Я люблю создать проблему там, где ее нет и просто… позавидовала, что он так легко общается с тобой и ему это нравится. Но он прав. Тебе, а не мне, нужна поддержка. Ты всю жизнь была одна… Ты не знала горькой правды о маме… Тебя хотят выдать замуж за прославленного сексуального маньяка… Так что…

— Мне не нужна помощь, Джесси. — спокойно и уверенно заявила Лив. — Я привыкла справляться сама со всем идиотизмом, который случается в моей жизни. Я была одна — и привыкла к этому, я узнала правду о маме… Что ж, наконец-то мне открыли глаза на то, почему ее убили, но от этого любить ее меньше или скучать по ней я не стала. А что касается маньяка… Это в его жизни начнется кромешный ад, так что пожалей лучше его. Так что бросай распускать сопли и позвони Джонни.

Джесси рассмеялась и глубоко вздохнула. Лив увидела, как в ее глазах мелькнуло облегчение и даже радость, и выдохнула.

— Малышка Лив, прости, что подозревала вас, я такая глупая! — воскликнула она. — Можно я тебя обниму?

Лив ухмыльнулась и, сложив руки на груди, отодвинулась:

— Ни за что на свете! Ты знаешь правила.

— Ну Лив…

— Нет, все, перестань! Позвони своему жениху и обними лучше его, а я… — Лив вдруг подумала, что совершенно не хочет спать. А я поеду в «Аквамарин». Не буду мешать вам мириться! — бодро заявила она и умчалась переодеваться в свою комнату.

Через полчаса ее волосы, наконец, были причесаны и пышными локонами падали ей на спину и грудь, на лице красовался вечерний макияж, а маленькую, стройную фигурку украшал удлиненный, закрывающий попу, свободный топ, завязывающийся на шее, и обтягивающие ее стройные ноги декоративно драные джинсы. Завершали образ черные замшевые туфли на высоком каблуке.

Выйдя из комнаты, Лив увидела Джесси, сидящую в той же, что и полчаса назад, позе на кровати и отчаянно и даже как-то обреченно смотрящую на свой мобильник.

— Джесс? — спросила с удивлением Лив.

— Не могу до него дозвониться… С ним же ничего не случилось?.. Или он просто не хочет со мной говорить…

Лив выдохнула.

— Ты опять? Прекрати или я тебе врежу, честное слово! Не паникуй, если через пару часов не объявится, позвони папаше, он ради тебя шею себе свернет. — проговорила она жестким, непререкаемым тоном и добавила:

— Хочешь поехать со мной?

— Нет, Оливка… Только возьми охрану, хорошо? — рассеяно проговорила Джесси, и когда Лив выходила, то слышала, как она снова набирает его номер.

Через 15 минут «Кадиллак» с неизменными Бобби и Ларри подъехал на многолюдную стоянку перед баром. Народу, как всегда, было много, и Лив, в сопровождении жутко раздражающей охраны, зашла внутрь.

От удивления ее глаза расширились: этот чокнутый брюнетик Джонни уже спокойно носился за барной стойкой в своей традиционной одежде бармена и как ни в чем не бывало окружал своим невероятным обаянием и огнем кучкующихся девушек, прилипших к стойке, как лента скотча.

Вспыхнув от ярости, Лив уверенно прошагала на высоченных каблуках к стойке и, грубо спихнув какую-то млеющую от милой улыбки красавчика бармена брюнетку, воскликнула, потихоньку ощущая, как уровень гнева в ней растет: