Джонни был все время занят, но изредка поглядывал на Лив, о чем-то думая и слегка улыбаясь. Когда, наконец, все поклонницы были удовлетворены и оставили его в покое, он быстро подлетел к девушкам и весело проговорил:

— Кажется, кому-то нужна помощь эксперта по человеческим чувствам?

Джессика с сарказмом хмыкнула.

— Вообще-то она не хочет говорить о том, что сегодня произошло и что она узнала о маме… эксперт.

Джонни, не обратив внимания на сарказм, обаятельно улыбнулся и подмигнул:

— Я знаю, милая. И мы не будем ничего обсуждать. Так-так, малышка Лив, что-то ты совсем плохо кушаешь, думаю, надо тебе помочь… идем!

Он вдруг схватил ее за руку своей сильной ладонью, и Лив сначала смутилась от того, что ни один мужчина к ней никогда не прикасался до этого, но, быстро опомнившись, в тот момент, когда она уже слетела со стула и неслась вдоль стойки, подгоняемая огненным вихрем обаяния Джонни, попыталась сопротивляться с криками:

— Джонни, черт бы тебя побрал, придурок, куда ты меня тащишь? Пусти меня немедленно, или ты — труп!! Живо, Джонни!

Но юноша не обращал внимания на ее верещания, а только втащил ее в проход между стеной и барной стойкой и повел вдоль полок с многочисленным алкоголем к просторной белой двери, за которой находилась… всего лишь кухня.

Среди пара, шума жарки и кипения кастрюль суетились мужчины и женщины в белых униформах поваров, готовя разнообразную еду и закуски. Лив с удивлением уставилась на них, забыв даже о своем сопротивлении Джонни, и позволила ему подвести себя к невысокой, но довольно широкой фигуре в темно-синей униформе, с круглым большим лицом и улыбающимися глазами. Мужчина обернулся и с интересом посмотрел на Лив, оценивая ее восторженным взглядом.

— Какая прекрасная леди! Как небесное облачко, такая светлая и милая… — начал было он, но Лив нахмурилась:

— Милая, говоришь? А если я тебе пальчики откушу… — начала было она закипать, но Джонни быстро прервал ее:

— Эндрю, дружище, она злюка, как ты любишь, но, к сожалению, не для тебя. Я пришел попросить тебя об одном одолжении… Кстати, Оливка, это наш лучший повар Эндрю, он настоящий шеф! Эндрю, это Оливия, моя подруга детства. — представил их друг другу Джонни и триумфально улыбнулся, показывая свои очаровательные ямочки.

Лив прищурилась, испепелив Эндрю сокрушительно злобным взглядом, но тот только ярче засиял, снова уставившись на ее миниатюрную (особенно на его фоне), стройную и нежную фигурку.

— Конечно, Джонни, дружище, я ничего не скажу о ней твоей невесте. — уверенно махнул рукой Эндрю, и Джонни сначала вытаращил глаза, затем нахмурился, глядя на него, в то время, как Лив шокировано и гневно пихнула его в плечо.

— Да я совсем о другом одолжении! — сказал он спокойно и подмигнул. — Моя невеста знает об этой девочке… — и он наклонился к ошалелому повару и стал быстро-быстро что-то объяснять ему на ухо, активно подкрепляя свои слова жестами. Повар сначала хмурился, затем улыбнулся и кивнул, весело проговорив:

— Без проблем, братишка! Все, что ты пожелаешь! А девочка хороша… — тоскливо и немного пошло протянул он, снова окинув взглядом Лив.

Оливия нахмурилась.

— Даже не мечтай, толстозадый!

Эндрю поцеловал кончики пальцев.

— Пока, моя конфеточка!

Джонни захохотал и потянул Лив за руку дальше, пока она не успела ничего ответить.

— Я его убью! — кипела Лив. — И о чем он говорил? О чем он говорил, Джонни??? Ты изменяешь моей сестре??? Джонни, отвечай, или…

Джонни подвел ее за руку к еще одной двери и резко и сильно развернул к себе, сияя мужеством и наглым обаянием. Игриво глядя на Лив, он с нажимом проговорил:

— Стой, стой, остановись. Оливка! Он просто шутил! Никому я не изменяю. Сейчас речь не об этом. — он проницательно заглянул ей в глаза, и Лив утонула в его, сияющем уверенностью, взгляде зеленых глаз, и замерла. — Ты все еще не хочешь есть? — вдруг неожиданно спросил он.

Лив нахмурилась и прислушалась к себе. Внутри нее все ходило ходуном, внутренности жгло, но она даже думать не могла о еде… После того, что она узнала…

— Фу, конечно, нет! — поморщилась она.

Джонни улыбнулся.

— За этой дверью комната, в которой стоит промышленная посудомоечная машина. Зайди туда и разбей столько тарелок, сколько захочешь, идет?

Лив опешила.

— То есть… как? Это же собственность бара…

— Когда тебя это волновало? — воскликнул он. — В общем, зайди туда и сделай это, а потом возвращайся к Джесс и больше никаких вопросов, малышка Лив! — теряя терпение, проговорил он, резко открыв дверь и втолкнув туда девушку, запер ее за ней.