Поддавшись веселью я решил подшутить над особенно сильно таращившимся на клонов паренька. Непонятно, что он тут забыл? Судя по виду, он не был сильным бойцом... Если я не ошибаюсь это он опустошил желудок после того как увидел поглощение моих противников. Сконцентрировавшись на одном из клонов, я подал ему идею.

Клон же, дождавшись, когда взгляд паренька сконцентрируется на нем, пустил слезу правым глазом и превратил эту же сторону лица в маску дикого ужаса... Я даже не думал, что парень может так визжать!

Все повскакивали нервно оглядываясь по сторонам и ища опасность. Постепенно все взгляды сконцентрировались на мне, а этому сильно способствовал отползающий и тыкающий в меня паренек из уст которого доносилось лишь невнятное завывание.

Главарь не подвел и быстро всех охолонив, он усадил за столы снова, после чего начал этакий полу-допрос полу-беседу:

– Мы благодарны тебе за помощь в захвате этого города... Если бы не ты, как знать может быть потери могли бы и увеличиться...-

На это я лишь вежливо чуть поклонился: - Спасибо за лестные слова... Но я получил свою... награду...
–

– Как раз насчет этого я и хотел поговорить. Ответишь ли ты, зачем тебе... Лица...
– В его голосе послышалась напряжение.

Я вздохнул: - Не буду говорить, что техники шиноби это тайна, вы и так это знаете. Лица... Если вам будет проще то я шиноби использующий лица в своих техниках...
– Заметил радость у некоторых людей: ведь все оказалось так просто! Никакой мистики! Обычные техники! Пусть непривычные, пусть отвратительные, но ничего связанного с Шинигами: - ... Но я и коллекционер...
– Все напряглись снова.

– Каждый человек... Он уникален... Особые пропорции... Каждый человек, попавший ко мне пополняет коллекцию и занимает свое уникальное место в ней...
–

– Коллекцию?!
– переспросил кто-то в напряженной тишине.

– Да. Знатные политики, великие шиноби, заурядные крестьяне и обычные ремесленники все они пополнили коллекцию...
–

Именно этот момент я счел подходящим, чтобы проверить влияние особо подобранного сочетания неслышимых звуковых частот на сознания этих людей. Феромоны я решил не использовать: жуки клана Камизуру вполне способны ощутить их и испортить весь эксперимент, предупредив хозяев.

Быстро припомнив одну интересную легенду о несчастливой любви воина и аристократки, я начал рассказывать ее, влияя при этом на слушателей и... Результат превзошел все ожидания! Сознания людей этого времени очень легко поддавались моему внушению! Метальные техники видимо еще не были столь распостранены и никто не оказывал достойного сопротивления! Или шиноби умеют защищаться только от ментальных приемов построенных на управлении чакрой? Таким образом, через час все присутствующие: шиноби, слуги, пленники, зачарованно слушали мое повествование и болись лишний раз вздохнуть, чтобы что-нибудь не пропустить.

Их психологическая восприимчивость удивляла меня! Видимо люди на Земле, воспитанные средствами массовой информации относились ко всему более критично.

В грустных моментах даже взрослые мужчины скрытно вытирали скупую слезу, а над комичными ситуациями смеялись опять же до слез. В эту историю я органично вплел себя. В легенде я был демоном бродягой, который путешествуя по миру искал необычных людей и разными способами забирал их лица. Кто-то отдавал свое лицо, лишь бы получить плошку сакэ от похмелья, другие за помощь и отдавали плату в старости.

Так путешествуя демон случайно забрел в ту страну о которой то и была история и к которому обратилась аристократка, а потом и воин.

В этой истории было немало всего: предательство и дружба, страсть и презрение.

Конец истории я свел к финалу Ромео и Джульеты, лишь за небольшим исключением. Любившие друг друга попросили демона забрать их лица, чтобы навсегда быть вместе. Демон выполнил просьбу...

– Господин... А не могли бы вы... Показать их?
– Раздался робкий голос служанки и все посмотрели на посмевшую прервать мой рассказ, но никто даже не подумал одернуть, так все были поглощены моей историей.

– Конечно.
– Взмах рукой и перед всеми предстали... Они... Хрупкая девушка ослепительной красоты, при взгляде на которую жалобно сжимается сердце и хочется защищать до последней капли крови. Воин был высоким сильным мужчиной с правильным лицом и серьезным взглядом. Как только они увидели друг друга бросились в объятия и... Исчезли...

Празднество после этого продолжалось скорее по инерции, никто не шутил и не веселился. Все напряженно размышляли о узнанном и находились немного не тут.