Все это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой… И в последнее время мы к такому привыкли.

— Погоди… — фыркает Ро. — Идиллия? Сказочная страна грассов? И это лучшее, что мы можем сделать?

— Это, согласно картам, наиболее логичная цель для вас четверых в данном регионе. Именно этого и желал Фортис. Перед тем, как купить сосновый костюм. Или билет в один конец. — Голос Дока звучит ровно, словно он просто рассуждает о погоде.

— Что ты там говоришь насчет карт? — спрашиваю я.

— Замечены аномалии, — заявляет Док, не обращая внимания на мой вопрос… И тут же его голос опять становится совершенно механическим, ничуть не напоминающим человеческий.

— Что такое? — Тима оглядывается. — Оруэлл? Ты в порядке?

— Замечены аномалии.

Док словно застрял на одной фразе, будто сломался или еще что-то случилось.

— Док? — Лукас хмурится.

— Замечены аномалии. — Снова слышен треск атмосферного электричества. Потом… — Переход на триангулярный протокол…

— Нехорошо это, — говорю я.

— Источник передачи обнаружен.

Взрыв шумов заглушает голос Дока, и Тима наконец роняет транслятор.

Тишина.

— Это ведь было Посольство, разве не так? Про аномалии? — Это Лукас, он заговорил первым.

— Думаю, да.

Тима опускается в пыль на колени, спеша повыдергивать проволочки из задней части металлической коробки.

— Что за триангулярный протокол? — повторяю я совершенно непонятные слова, хотя на самом деле совсем не желаю знать ответ.

— Как ты сама сказала, нехорошо это.

Тима обматывает проводки вокруг реле. На меня она не смотрит.

Ро пожимает плечами:

— Вы слышали Дока. Нам лучше трогаться в путь. — Он встает, хватает свою змею. — Пора идти на поиски средства передвижения.

— А карта?.. — бормочет Тима, более тщательно изучая коробку транслятора.

Ро направляется к обочине дороги, посвистывая. Как будто целый воздушный флот симпов или, еще хуже, Лордов не гонится за ним по пятам.

Но поскольку возразить нечего, мы все идем следом.

Фортиса больше нет. А вот Идиллия есть. Мы получили приказ. Даже если мерк, отдавший его, квакнулся, как выразился Док.

Потому что мы-то пока живы. И пока Лорды остаются всего лишь угрозой.

И пока каждый наш шаг — нечто вроде дара. Доказательство того, что мы и вправду живы.

Или, скорее, — что пока нам позволено жить.

— Ага! — восклицает Тима.

Она держит в руке какой-то металлический квадрат, его блестящая поверхность размером с ее ладонь. Вокруг уже темно и холодно, но даже в лунном свете я вижу светящиеся линии, вырезанные на поверхности.

— Посмотрите-ка, что я только что нашла! Это было встроено в транслятор. Как и обещал Фортис. Координаты. Это устройство регистрации данных. Карта. — Тима останавливается на обочине, и я хоть с трудом, но различаю ряды цифр. — Думаю, эти линии — дороги, и все помечены номерами. А вот тут Фортис даже город отметил!

— Хэнксвил? — Ро читает название, заглядывая через плечо Тимы. — Что, какой-то парень просто взял и назвал город в свою честь?

— Наверное, да, — кивает Тима. — Какой-то парень по имени Хэнк.

— Да? — фыркает Ро. — Ну, когда мы выкинем с нашей планеты Лордов, я уж точно найду самый большой посольский город и назову его Ротаун.

— Так вот ты о чем размышляешь, не жалея времени? — усмехается Лукас.

— Не сомневаюсь, ты так и сделаешь, Ро. — Я изо всех сил сдерживаю улыбку.

Лукас качает головой:

— Значит, если мы сможем двигаться по этим дорогам и если Док прав, то вот эта линия… вот здесь… должна привести нас в Идиллию? — (Тима кивает.) — А это значит, что Фортис знал, где она находится, — подытоживает Лукас. — Эта самая Идиллия. И мы все время к ней и шли. Но почему он просто не рассказал нам о ней?

Ро опять фыркает:

— Он же мерк. Кто знает, что происходит в его башке, он же с приветом!

— Не тебе бы говорить, — бормочет Лукас.

Мне не хочется думать о Фортисе и его странном образе мышления. Я не желаю представлять, что Лорды делают с ним сейчас… или что уже сделали.