могу!.. Хочешь, выпрыгну в окно?

— Что ты?! — испугалась Паша. — Глупенькая! Ты же у нас луч-

шая танцорка... Угомонись.

— Нет? Тогда давай клятву дадим!

— Какую? — спросила улыбаясь Паша.

— Чтоб всю-всю жизнь вместе!

Паша посмотрела на подругу долгим взглядом и очень серьёзно

сказала:

— Согласна. На всю жизнь! Я тебе верный друг.

И они бросились друг к другу в объятия.

Потом Таня заговорщически прошептала:

— А какой подарок тебе велели сделать граф!

— Какой?

— А вот знаю и не скажу!

Граф приказал накрыть праздничный стол в своей столовой и при-

гласил всех артистов.

Торжественно играли музыканты, слуги подавали одно блюдо за

другим. Граф был милостив, говорил любезные слова: мол, жемчужи-

на она в его театре.

А потом, словно по мановению руки графа, случилось чудо: в ком-

нату ввели... сестру Матрёшу! Параша вскочила. Лицо её просияло

счастьем. Как добр к ней граф!

...Вечером, когда все разошлись, Таня, Параша и её сестрёнка слу-

шали, как заливаются в парке соловьи. А потом запели, как, бывало,

певали дома, с матерью:

Ой да ты поле моё,

Всё-то ты да поле изукрашено

Травушкой-муравушкой, цветочками да василёчками...

Таня шепнула:

— Ты видела, Пашенька, как смотрел на тебя граф? Ой, как гля-

дел! Любит он тебя...

Параша испугалась:

— Что ты говоришь, опомнись, Таня!

Гнев ли, любовь ли господская — не надо, не надо!

лужанка, бедная родственница, воспитанница,

горничная, милая пастушка — сколько сыграно

ролей!

Добрая, милая, простая — эти качества её

героинь — черты её собственного характера. Легко

играть себя.

Встретит Параша во дворе бабку Арину —

та еле-еле идёт.

— Что с тобой, баба Арина? — спросит Параша.

— Стара стала — ноги не ходят, спина деревянная. Отправят меня

назад, в деревню, что стану делать?

— Как же? — говорит Параша. — Там лекаря нет, и детей у тебя

нет, помочь некому... — Лицо Параши выражает такое сочувствие, что

бабе Арине уже вроде и легче.

— Поговори с его сиятельством...

Конечно, Прасковья Ивановна просит графа не отправлять старуш-

ку в деревню. И граф не отказывает любимой актрисе.

Своим героиням актриса так же горячо сочувствовала, как и людям,

с которыми встречалась в жизни. А как часто жизнь её героинь напо-

минала ей её же собственную жизнь. Такие роли подбирал ей граф.

Граф и в самом деле полюбил свою крепостную актрису Прасковью

Ивановну Ковалёву-Жемчугову, хотел назвать её своей женой. Но раз-

ве это возможно? Жениться на крепостной? Общество его отвергнет,

знакомые отвернутся, родные проклянут.

...В пьесе французского писателя Вольтера рассказывалось о том,

как герой полюбил бедную воспитанницу Нанину. Семья же принуж-

дала жениться на избалованной, капризной баронессе.

Читали пьесу, как обычно, вслух. Все невольно замерли, когда

Шереметев произнёс слова:

Удержит ли меня её простое званье?

О нет! В ней много так ума, образованья!

Неужто посмотрю, что скажет свет?..

Параша низко опустила голову: это же мучило её в жизни... А ка-

кой ответ приготовил автор пьесы, Вольтер?

Пускай кричат, его я мненье презираю

И счастья своего на блеск не променяю.

Граф был смел, но неужели, правда, можно презреть мненье света?

Героиня в пьесе говорила:

Жестокое мученье — иметь

Высокий дух и низкое рожденье!

Параша совсем опустила голову. «Жестокое мученье — иметь вы-