Беру персиковый стикер, ручку, и пишу на нем свои контакты. Протягиваю листок обратно девушке.

– Это мой домашний адрес и номер мобильного. Не думаю, что он когда-либо пригодиться вам, но все же. Вдруг вам понадобится какая-то помощь, обращайтесь. Я ценю в людях человечность и, не смотря на то, что не планирую надолго задерживаться в этом … - осекаюсь на слове «мире», этой девушке не обязательно знать о моих планах на собственное ближайшее будущее.
– В общем. Всегда рада.

– Спасибо, Сара.
– Алия берет листочек и, пробежав по нему взглядом, бережно опускает в карман.
– У меня для вас тоже есть кое-что.

Обратно из кармана ее рука возвращается не впустую.

– Вот, держите. Это мои очки, но вам они сейчас нужнее.

Смотрю на затемненные стекла и чувствую, как ожила крохотная частичка моей души.

– Спасибо.
– Благодарность толкает меня в объятия доброй медсестры.
– Что может быть полезнее, чем очки от солнца в дождливый день?

Выпускаю Алию из своих объятий и едва заметно улыбаюсь.

– Это не от солнца…

– Я знаю.
– Надеваю очки. Тяжело выдыхаю.
– Что ж, мне пора. Спасибо тебе за все. Прости и прощай.

– Я обязательно позвоню.

– А я обязательно отвечу, - «если смогу» мысленно добавляю.

Выхожу в коридор, но спокойно миновать ресепшен мне не удается.

– Сара, - услышав свое имя останавливаюсь, но не тороплюсь оборачиваться.
– Доктор Шульц настоятельно рекомендовал вам задержаться у нас еще на пару дней.

Женский голос звучит не уверенно, скорее всего, в этом змеином гнезде уже все всем известно. Вряд ли произнося эти слова, Мэри, если я не ошибаюсь, рассчитывает на мой положительный ответ, но она обязана выполнять приказы начальства.

Разговаривать, отвернувшись к собеседнику спиной не красиво, а я воспитанная девочка. Разворачиваюсь.

– Милая девушка, передайте доктору Шульцу, что я настоятельно рекомендую ему идти в задницу и не на пару дней, а навсегда.
– Девушка смущенно улыбается.

Я дарю напоследок самый обворожительный оскал и спешу покинуть стены клиники «Идеал» где как оказалось и в самом деле идеально все, кроме самого важного - человеческих душ.

Глава 28

Стервятники. О творившемся сразу на выходе из клиники беспределе по-другому не скажешь.

Чувствую себя палкой колбасы брошенной стае бродячих псов. Даже когда я на различных соревнованиях завоевывала для своей страны первые места, подобного ажиотажа в прессе не случалось. Сейчас же творится что-то невероятное.

Меня ослепляют вспышки десятков камер. Кто-то делает фотоснимки, кто-то снимает видео. Чьи-то руки пытаются оторвать от меня кусок плоти, чьи-то кусок ткани. Толпа абсолютно не знакомых мне людей выкрикивает абсолютно дикие и абсурдные вопросы.

– Сара, вас похищали инопланетяне?!

– Сара, вы посланница Бога? Выходит, ангелы существуют?!

– Сара, кем являются ваши биологические родители? Может, Вы дочь богов? Или наполовину, как Геркулес?

– Сара, вы летали или ваши крылья были такими же бесполезными как у кур и поэтому вы решили от них избавиться?!..

Ото всюду слышу свое имя сопровождавшее сотни самых гадких и глупых вопросов. И этих людей я должна спасать ценой собственной нормальной жизни? Да пусть горят они все в АДУ!

Меня пинают, толкают, дергают. Обхватив обеими руками пакет, прижав его к груди, уткнув в него нос, старательно игнорирую сумасшествие и пробираюсь на стоянку.

Одной рукой ныряю в карман, достаю ключи, буквально запрыгиваю в салон. Это мое спасение, хотя журналисты с этим не согласны.

Морковную красотку Полины обступили со всех сторон. Крики продолжаются, как и вспышки.

Завожу мотор, но прежде чем надавить на газ, замечаю в крайнем левом окне первого этажа доктора Шульца. Этот человек превратил остаток моих серых дней в черные и сейчас он стоял за окном и довольно наблюдал за результатом своих действий. Странно, но я больше не испытываю к нему той ненависти, которая толкнула меня сегодня в его кабинет. На его месте мог быть кто угодно, и вряд ли этот кто-то поступил бы иначе. Наверное, каждый человек не смог бы пройти мимо трехглавого собаки, снежного человека, или крылатой девушки, не похваставшись этим перед миллионами, жаждущих сенсаций людей. Тем более в век, когда сделать это проще простого - стоит только несколько раз коснуться дисплея своего гаджета.

Сигналю, предупреждая взбесившихся людей о намерении нажать на газ. Раз, два, три… Одержимым сенсацией безразличны звуки издаваемые моей машиной, что ж, им же хуже.

Давлю на газ. Цепляю сразу несколько человек, а одному, по-моему, наезжаю на ногу, но это не мои проблемы.

Минута, и «Идеал» остается в прошлом.

Стоит мне покинуть пределы клиники - небо разрывается напополам обрушив на этот мир настоящие стены из воды.

Ехать приходится не спеша. Дворники не справляются с дождем. В какой-то момент начинаю замечать в мокрых разводах на лобовом стекле различные образы, как во сне, только наяву: Макс, прадедушка, Амалия, я с крыльями, темнокожая девочка, доктор Шульц, таксист-азиат, отрезанные крылья, и снова прадедушка…