Когда же я перестану плакать? В далеком прошлом я и не помню, когда со мной в последний раз случалось что-то подобное.

– Девочка моя, как же ты сама со всем этим справляешься…

Это не был вопрос, скорее искреннее сочувствие.

Я молчу. Сглатываю ком за комом.

Макс бережно отстраняет меня от своей груди. Берет мое лицо в ладони, будто самую хрупкую вазу, притягивает к своему. Шепчет прямо в губы. А его глаза… Сколько нежности заботы и любви я вижу в его глазах.

– Я люблю тебя, и ты никакой не урод и не монстр. Перестань убивать себя этими мерзкими словами. Ты прекрасна. Ты все та же Сара. Мы обязательно во всем этом разберемся. Этому должно быть какое-то логическое объяснение. Даже если логика здесь ни при чем, мы все равно докопаемся до истины, какой бы нелепой она не оказалась. Да даже если не докопаемся…

«МЫ» - все, что я слышу. Все, что мне нужно. Все, чего я никак не могла ожидать.

Губы Макса нежно касаются моих. Сердце вот-вот выскочит. В следующую минуту Макс целует мои глаза, щеки, шею… Чувствую возбуждение даже на кончиках крыльев, которые почему-то дрожат. Дрожь покрывает все тело. Какой же я была глупой, что не открылась Максу сразу.

– Как же я рад, что виной твоего равнодушия и затворничества были совершенно не те причины, которые приходили мне в голову. Мне стало легче дышать. Я не перестал бы тебя любить даже если бы у тебя появился хвост, а крылья… Они прекрасны. Тебе идут крылья, теперь ты в буквальном смысле ангел. А разве можно не любить настоящего ангела?

– Можно, - я нервно сглатываю, - если это ангел смерти.

– Прекрати, - губы Макса накрывают мои.
– Да, все что ты мне рассказала и все, что я вижу, больше чем «странно», но не думаю, что ангел смерти пытался бы спасти незнакомца от злого рока.

– Спасибо, - тихо шепчу я, а в голове продолжает звучать бессчетное «спасибо, спасибо, спасибо…».

– За что?

– За то, что не сбежал. За то, что в твоих глазах и словах я не нахожу отвращения к себе. За то, что…

– Чш-ш-ш… - ладонь макса ложится мне на рот.
– Уверен, ты бы поступила так же. Я не могу запретить себе тебя любить только потому, что у тебя появились крылья.

А вот я совсем не уверена. Не знаю, как поступила бы я.

Не верю собственному счастью. Теперь я не одна. Теперь у меня снова есть - «МЫ».

Наши губы вновь соприкоснулись. Приличный разряд тока приятно покалывает все тело. Каждый новый поцелуй становится более настойчивым, требовательным, жадным. Напряжение растет. Мне кажется, еще немного и я сойду сума: от счастья, наполнившего меня, словно давным-давно опустевший сосуд; от желания, которое совсем скоро будет удовлетворено; от, впервые сладостной, боли между лопаток…

Мы словно самые мощные магниты, которые нереально оторвать друг от друга. Я задыхаюсь от каждого прикосновения рук и губ Макса. Он пьет меня, будто живую воду, а я понимаю, что готова быть ЕГО источником до конца своих дней…

В какой-то момент сил не остается. Абсолютно нагая и бесконечно счастливая, я сладко потягиваюсь на диване. Крылья повторяют движение рук, накрывая их собой. Странно, но душераздирающей боли больше нет. Только отголоски.

– Они прекрасны, - Макс проводит рукой по перьям.

Мне приятно это слышать, но все же к этому еще нужно привыкнуть. В мозг, видимо, тут же поступает какой-то импульс, от чего крылья быстро складываются. Я не контролирую это. Теперь мне хочется повторить их движение - сжаться в клубочек и спрятаться. Все равно не чувствую себя в полной мере человеком. Все равно, что бы ни говорил Макс, я прекрасно понимаю что меня с трудом можно назвать «нормальной», а «прекрасной»... Пусть я не монстр, у меня не рога и клыки, а крылья, но это неестественно, аномально и неправильно.

Поворачиваюсь лицом к Максу и натягиваю плед до шеи.

– Прости, но мне нужно время. Мне понадобился почти месяц, чтобы просто научиться смотреть на себя в зеркало без отвращения и страха. А чтобы я смогла выдерживать твой взгляд на своих… своих…

– Я все понимаю.
– Рука Макса касается моего подбородка.
– Просто хотел что б ты знала, с крыльями или без, ты моя. И, поверь, я говорю это не ради твоего спокойствия. Хотя и это немаловажно.

Между нами происходит второй любовный раунд… третий… Все происходит словно последний раз в жизни. Мне почти удается забыть обо всем и только крылья, тянущиеся к небу всякий раз, когда я достигаю наивысшего пика блаженства, не дают забыться до конца.

На рассвете, полностью обессиленные, мы засыпаем в объятиях друг друга. Прежде чем сомкнуть глаза, мысленно обращаюсь ко всей вселенной, благодарю за Макса.

Впервые за бесконечно долгое время мне удается выспаться по-настоящему - без кошмаров, тревог, криков. Спать в объятиях Макса все равно, что в самом надежном бункере. Сон такой крепкий и такой сладкий… Я чувствую себя почти нормально, если бы не … Боль до конца не отпускает, кожу на спине по-прежнему затягивает в живой, тугой корсет. Но это уже не беда, важно другое - я уже не одинока. Больше нет.