Лорн хотел расспросить женщину подробнее, но тут появился ее муж и с подозрением спросил:

— Все хорошо?

— Да, — заверила его супруга. — Я присела немного отдохнуть, вот и все.

Она встала, а девочка подбежала к отцу, и тот поднял ее на руки.

— До свидания, — произнесла женщина.

— До свидания, — попрощался Лорн и кивнул ее мужу.

Тот кивнул в ответ и поторопился увести свою семью прочь.

Настал вечер, и Лорн отправился в столовую, чтобы отужинать вместе с другими постояльцами.

Хотя он не пытался привлекать к себе внимание, его появление не осталось незамеченным. Мрачный облик Лорна настораживал, очки вызывали любопытство, причем такое, что все разом перестали разговаривать и в полной тишине наблюдали, как он ищет свободное место и перешагивает через скамью.

Когда он сделал заказ, все вновь ожили и вернулись к своим разговорам.

Лорн ужинал молча и слушал болтовню за столом. Его соседи вполголоса обсуждали цены, установленные хозяевами здешних постоялых дворов.

Тон разговора, разумеется, был недовольным:

— Это грабеж. Чистой воды грабеж.

— Да за такие деньги их цыплят должны кормить золотым зерном.

— А морковка не иначе, на шелковых грядках растет!

— Да что говорить! Наживаются на нас по-крупному.

— Вообще, конечно, выбор у нас невелик: либо тебя ограбят здесь, либо снаружи.

— Здесь, по крайней мере, тебя не зарежут.

— Ну, поживем — увидим.

— О чем это вы?

Разговор перешел на другую тему.

— Разбойников становится все больше. И они наглеют все сильнее. Вот увидите, однажды они нападут на гостиницу.

— Вы так считаете?

— Я в этом уверен! Где останавливаются самые богатые путешественники? Как раз в гостиницах вроде этой!

— Это правда.

— И почему вы думаете, что разбойники не понимают этого?

— Но здесь высокие стены. И стража.

— По стенам можно взобраться. Стражников — убить. Или подкупить. Вот увидите, однажды вечером мы преспокойно ляжем спать, а во сне нам возьмут да и перережут гло…

— Достаточно, — сказал Лорн категоричным тоном.

Трое торговцев, которые вели эту беседу рядом с ним, замолчали и уставились на него. Ничего не добавляя, Лорн кивком указал на малышку Идию.

Случай распорядился так, что он ужинал за одним столом с семьей девочки. Родители, утомленные и чересчур поглощенные разговором о том, как мало денег у них осталось до конца поездки, не заметили, что девочка внимательно слушает беседу торговцев и ее глаза полны испуга. Смутившиеся собеседники извинились и до конца трапезы не вымолвили больше ни слова.

Тем временем Лорна уже перестало волновать, что Идия может услышать что-то страшное. Метка Тьмы ныла, боль поднималась по руке. Лорна лихорадило, на лбу выступил пот. Приступ, которого он опасался уже несколько дней, все-таки начинался.

Он встал и вышел из зала, стараясь держать спину ровно. Остановился возле балюстрады и сделал несколько глубоких вдохов. Лорн знал, что этот бой проигран заранее. Ему следовало вернуться в свою комнату и лечь, пока у него еще оставались силы. Он спросил себя, не лучше ли было с самого начала предупредить хозяина гостиницы, что он болен, чтобы в случае обострения за ним присмотрели. Но гордость не позволила ему, и теперь было уже слишком поздно.

Путь к его комнате проходил через галерею, одна сторона которой была открытой.

Держась за перила, Лорн поднялся по лестнице, которая вела к галерее, и там, наверху, он одним из первых — вместе с наемниками, стоявшими в дозоре, — увидел карету, которая быстро ехала по дороге. Сопровождаемая всадниками, она влетела во двор, наделав немало шума громким топотом копыт, грохотом окованных железом колес и скрипом осей. Это внезапное прибытие привело гостиницу в волнение, и все обитатели тотчас высыпали наружу. Лорн замер в нескольких шагах от своей двери и, побуждаемый любопытством, смотрел вниз с галереи.

— Закрывайте ворота! — взвыл кучер, натягивая поводья, чтобы остановить карету. — Закрывайте ворота! На нас напали!

Пока привратники закрывали тяжелые створки ворот, Лорн, переведя взгляд за наружную стену, осматривал окрестности в отблесках сумерек. Но в глазах у него туманилось: казалось, он смотрит сквозь колышущуюся вуаль. Отказавшись от этой затеи, он сосредоточил внимание на кучере, который соскочил с козел возле входа в гостиницу и рассказывал, что бандиты устроили им засаду, однако они сумели вырваться. Встревоженные слушатели принялись засыпать его вопросами. Где располагалась засада? Сколько было бандитов? Долго ли они гнались за каретой?