Когда рассвет постучался в окно, они утомленные, насыщенные и успокоенные уснули, как засыпают молодые супруги в медовый месяц – влипнув друг в друга всем своим существом, переплетясь всеми частями тела – руками, ногами, волосами, дыханием. Это была их последняя ночь.

Проснулись они поздно. Спешить было некуда. Поэтому еще долго они тормошили, будили, ласкали друг друга, и так не хотелось выходить с этой теплой и уютной постели. Если бы можно было провести в ней продолжительное время, они не преминули бы этим воспользоваться.

Но, лето подходило к концу. Билеты уже были куплены на 26 августа. В этот день поезд должен был унести Наташу из родного города в неизвестность.

А сейчас они дорожили каждой минутой, каждой секундой, подаренными им жизнью.

ПОВЕСТКА.

На следующий день Игорь позвонил Наташе, и взволнованным голосом сообщил, что ему принесли повестку на призывную комиссию. Наташа была расстроена, потому что понимала, что армии не избежать. Среди официальных списков абитуриентов фамилии Игоря не было. Институт ему давал призрачный шанс быть зачисленным только после первой сданной сессии.

Наташе пришлось уговорить родителей пойти к комиссару призывного участка, чтобы попытаться изменить ситуацию с призывом. Отец Наташи представился личным тренером Игоря. Он имел приватную беседу с комиссаром, который обещал отсрочить для Игоря призыв до поздней осени. Наташа с мамой и Игорем ждали решения во дворе на плацу.

Наташа осматривала учебную часть с интересом – везде стояли военные машины, которые обслуживали молоденькие солдатики. Солдаты занимались своими служебными делами, но искоса поглядывали на хорошенькую девушку, а Игорю это жутко не нравилось.

– Как они смеют разглядывать мою принцессу, - тихо возмущался он, произнося ей это на ухо.

– Успокойся, никто на меня тут не претендует, - отшучивалась Наташа.

– Ага, дай им только волю.

– Пойдем, выйдем с этого двора. Отец скоро появится, мама его дождется, – успокаивала Наташа.

Они вышли за ворота части, и Игорь, наконец, вздохнул спокойно.

– Я не знала, что ты так умеешь ревновать!
– с возмущением сказала Наташа.

– А как я должен реагировать? Ты тоже умеешь это делать не хуже моего – ревновать к другим девушкам, - с вызовом парировал Игорь.

– Я тебя сейчас покусаю, - улыбнулась Наташа, чтобы сгладить неприятный разговор.

– Давай, я только и жду от тебя, что ты начнешь кусаться, потом целоваться, а потом . . .

– Не заводи меня. Место не подходящее.

– Ну, хорошо. Дождемся подходящего – ты у меня получишь по полной.

– Не пугай меня так, - рассмеялась Наташа. – Смотри, вон родители идут.

Они подошли к родителям, чтобы расспросить о содержании беседы.

Отец передал, что комиссар, войдя в положение, готов предоставить отсрочку до поздней осени. Это уже было хоть что-то.

Счастливые, они побрели домой. У Наташи оставалась еще неделя перед отъездом. Потихоньку паковались сумки, закупались продукты. Сердце сжималось от тоски у обоих влюбленных. В глазах стояла боль, но поделать ничего нельзя было. Разлука неизбежна. Но, оба понимали, что все идет по божьему плану. Им необходимо было это испытание, чтобы проверить прочность чувств временем и расстоянием.

Они больше проводили времени вдвоем: ходили по друзьям и знакомым, к родственникам. Чаще пропадали в парках, чтобы впитать в память атмосферу этих прогулок. Они по-максимуму старались отдать друг другу все внимание. Тела жаждали ласки, но быть наедине им больше возможностей не представлялось. Поэтому, приходилось восполнять страсть поцелуями и нежными прикосновениями.

За день до Наташиного отъезда Игорь пригласил ее к себе домой. Они общались, слушали музыку, делились планам с его родителями. Потом, взяв ее за руку, он отвел Наташу к себе в комнату. Прикрыв дверь, обнял и произнес:

– Эта комната будет дожидаться тебя. Я верю, что наша первая встреча состоится именно здесь. Мне так кажется. Она, эта комната, невинна, как когда-то мы были до того момента, когда позволили стать ближе. И я верю, что самое интересное в будущем случится в этой комнате. Я так загадал. Я так хочу!

Он прижался губами к ее губам, и они растворились в нежности друг друга. Потом Наташа, отстранившись от него, подошла к окну и посмотрела во двор. Ее балкон был как на ладони.

Хитро улыбнувшись, она сказала:

– У тебя был замечательный наблюдательный пункт из этого окна.

– Ты не представляешь, сколько времени я провел здесь, за закрытым тюлем, наблюдая за всеми твоими перемещениями. Особую радость доставляло, когда я видел тебя на балконе. Ты не знала, что за тобой подглядывают, а я мечтал, что когда-нибудь вот так, как сейчас, буду дышать с тобой одним воздухом, чувствовать тепло твоего тела, ощущать вкус твоих губ. Я люблю тебя, Наташка, очень люблю. Сколько выстрадало мое сердце, одному богу известно. Он добр, сжалился надо мной. Вернул тебя мне. И я всегда буду помнить о тех перенесенных страданиях, когда считал, что потерял тебя безвозвратно. Прошу, люби меня! Помни меня! Береги все то, что есть между нами.