Эпплби отпил из бокала.

Георгу безумно захотелось курить, но он не мог вот так просто покинуть босса во время беседы и выйти покурить.

– И не всегда это делается открыто, – продолжал Эпплби. – Некоторые из наших клиентов предпочитают конфиденциальность, и не все наши методы, прямо говоря, легальны. Но в этом нет ничего удивительного. Таковы правила игры. И порой мы тоже нуждаемся в защите и поддержке.

Он сделал паузу. Взгляд устремлен в пустоту. Георгу внезапно показалось, что он под кайфом или навеселе. А ведь раньше был как стеклышко.

– Не уверен, что понимаю, к чему ты клонишь… – сказал Георг, поднося бокал к губам.

Эпплби обернулся.

– Нет? Ну я тебя понимаю. То, о чем мы говорим, – above your paygrade – выше твоего зарплатного уровня. Я не могу раскрывать детали. Когда-нибудь ты все узнаешь. Если, конечно, решишь остаться в нашей отрасли. Тогда тебе придется все узнать. Я хочу сказать, что у нас есть защитники в разных сферах общества. Точнее, мы защищаем интересы друг друга, если так можно выразиться. Помогаем друг другу добиваться желаемого. Услуга за услугу, так сказать. И иногда мы оказываемся в долгу перед ними, и приходит день, когда нас просят вернуть этот долг. Не всегда это нам по вкусу. Но другого выбора у нас нет.

Эпплби повернулся и посмотрел Георгу прямо в глаза.

Нет, он не был пьян. Напротив. Трезвее трезвого. Георг занервничал. Это то, чего он боялся. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Вот тебе и приглашение на ужин.

– По долгам нужно платить. Но это только на пользу обществу. Разве не об этом ваш премьер-министр написал книгу в девяностые? Должник никогда не обретет свободу или что-то в этом роде.

– Да, я не знал, что ее перевели на английский язык. И, кстати, я за него не голосовал, – ответил Георг.

– Ах, да, – улыбнулся Эпплби. – В отличие от большинства твоих соотечественников, ты против социал-демократов. В любом случае мы не свободны. За «Мёрчант-энд-Тэйлор» долг, который нужно вернуть. И не один, откровенно говоря. Мы злоупотребили помощью, и настала пора платить по счетам. Но все равно мы в выигрыше, поскольку их помощь для нас намного ценнее, чем та мелочь, о которой они просят нас. И это касается не только агентства, но и сотрудников, выполняющих их просьбы. Ты понимаешь, что я имею в виду?

Георг почувствовал, как по коже бегут мурашки. Он на пороге чего-то грандиозного. Тайное общество, братство власть имущих.

– Не совсем, – признался он. – Ты имеешь в виду что-то конкретное?

Эпплби не ответил. Вместо этого он бросил взгляд на массивные наручные часы и только потом продолжил:

– Некоторые клиенты не те, за кого себя выдают, – сказал он. – Заруби это себе на носу. Это облегчит тебе задачу. Не засоряй мозг лишними мыслями. Просто делай то, что тебя просят. Выполняй задания. Выставляй счета. Так всем нам будет проще. И помни, что «Мёрчант-энд-Тэйлор» не забывает тех, кто помог им заплатить по счетам. Ты многого достиг. Пора сделать следующий шаг. И тут уже недостаточно быть хорошим лоббистом. Нужно доказать лояльность компании. Преданность «Мёрчант-энд-Тэйлор». Преданность нашим клиентам. Тот, кому это удастся, пойдет далеко. Очень далеко. Но помни также, что с теми, кто не сможет доказать свою преданность, у нас, well [4] , разговор короткий.

Эпплби повернулся к Георгу. Глаза, как у акулы, сверкнули.

Георг не знал что сказать на это. Он сделал глоток кальвадоса. Отвратительный вкус. Как у дрожжей. Георг ненавидел кальвадос. Это Эпплби про «Диджитал Солюшнс», догадался он. Ему сразу не понравился этот Рейпер.

– Уже поздно. Пора по домам. К сожалению, даже я не могу выставить «Филип Моррис» счет за всю ночь, – сухо рассмеялся Эпплби и поднялся.

Георг тоже встал. Они вместе вышли на улицу. Георг пару раз споткнулся. Видимо, он выпил больше, чем предполагал. Холод пробирал до костей. Они ждали такси на тротуаре. Эпплби сел в первую машину и, прежде чем закрыть дверцу, повернулся к Георгу:

– Не волнуйся, Георг. Воспринимай это как приключение. Все, кто имеет вес в нашем агентстве, когда-то оказывались в твоей ситуации. Просто делай, что говорят, и не задумывайся. Окей?

– Окей, – неуверенно ответил Георг. – Правда, я так полностью и не понял, о чем идет речь.

– Не думай об этом. Просто делай, что просят, и выставляй счет. У тебя все получится, я чувствую. Увидимся завтра.

С этими словами Эпплби захлопнул дверцу. Такси медленно отъехало, осветив фарами рождественские украшения на узкой улице.

Георг зажег сигарету и поднял воротник пальто. Снежинки падали на плечи и волосы.

– Чертов декабрь! – выругался он и с облегчением нащупал в кармане пакетик с кокаином.

Может, заглянуть в «Пляс Люкс»? Вечер только начинается.

Что-то изменилось. Что-то было не так. Что-то с воздухом, с тишиной. Махмуд инстинктивно сжался на скамейке и повернулся к лужайке. Но в темноте было ничего не разглядеть. Снежинка упала ему на щеку. Ветер немного стих, и температура упала еще на несколько градусов. Махмуд напряг слух. Но все, что было слышно, это шелест ветра в ветвях над ними и в отдалении – шум дороги. И все равно что-то было не так.