– И вы нас за это убьете, да? – с вызовом выкрикнул Книжник. – Ну так что же вы тянете?! Давайте, стреляйте, ну! Или штыками колите – вам же это больше нравится? Ну?!

Зигфрид с удивлением поглядел на друга, не понимая, что на него нашло. А было это обыкновенным приступом паники. Отчего-то семинаристу казалось, что его дерзкая речь спровоцирует этого черного урода на неадекватные действия, следом вмешается Зигфрид – и…

Шут его знает, что было бы дальше, поскольку ничего подобного не случилось. Человек в черном проигнорировал его пламенную речь и сказал тем же глухим, лишенным эмоций голосом:

– Лишить вас жизни для нас не проблема. Но мы следуем процедуре, которая дает вам шанс выжить. Вы готовы выслушать условия? Я буду считать до трех, в случае отрицательного ответа или его отсутствия вы будете убиты, а ваши тела и имущество отправятся в переработку на благо Стаи.

Пока Книжник обливался потом от страха, Зигфрид рассматривал говорившего с брезгливым интересом. Наконец спросил:

– А кто ты вообще такой, что я с тобой говорить должен?

– Я – Вербовщик, – ничуть не смутившись, сказал «черный». – Собираю Стаю. Те, двое, со мной – Погонщики, их дело – направлять Жнецов. Те, в сером, – Жнецы, они собирают Жатву. Над нами над всеми – Вершащие, они направляют Стаю. Структура ее проста, ясна и эффективна. Вы все узнаете, если выберете жизнь, а с ней – правильную сторону.

– Ты хочешь нам что-то предложить, Вербовщик, – произнес Зигфрид.

– Ты догадлив, – отозвался «черный». – Я вижу в тебе воина, а значит, я могу предложить тебе место в Стае. Только не обольщайся – я всем это предлагаю.

– И многие соглашаются? – иронично спросил Книжник.

– Да, считай, что все, – проигнорировав насмешку, сказал Вербовщик. – Поэтому, как ты, наверное, заметил, Стая довольно велика и зовется Бессмертной.

– Заманчивое предложение, – почти серьезно сказал Зигфрид. – Надо подумать.

– Думай. У тебя десять секунд.

– А он? – Зигфрид кивнул в сторону бледного, как смерть, семинариста.

– Ему я задам тот же вопрос. Но в отличие от тебя мальчишка годится только в Жнецы. У тебя же есть шанс стать Погонщиком, как они. Или Вербовщиком, как я.

– Заманчиво вдвойне, – теперь Зигфрид рассматривал Вербовщика в упор. – А если я откажусь?

– У меня нет времени на разговоры, – сказал Вербовщик. – Я должен собирать Стаю. Сейчас мы сыграем с вами в интересную игру, – сказал «черный» и вдруг вскинул «маузер», направив ствол прямо в лоб Зигфриду. – Один из вас умрет – после этого я повторю свое предложение для выжившего. Выживший обычно соглашается.

– Постой, постой! – воскликнул Книжник. – Это он не подумавши ляпнул! Мы согласны!

– Оба? – быстро спросил Вербовщик, переводя ствол на Книжника.

Зигфрид зло зыркнул на друга, недовольный тем, что за него приняли решение, пусть даже ничего не значащее. Но вслух сказал:

– Конечно да. Грех отказываться от таких предложений.

– Тогда бросайте оружие. Оно вам все равно не понадобится. Бойцам Стаи полагается стандартное вооружение в соответствии с отведенной ролью.

– Как скажешь, – Зигфрид стал медленно стаскивать из-за спины тяжелые ножны с мечом.

Книжник ощутил, как по позвоночнику пробежала ледяная капля пота. Он уже знал, что это все блеф. Никогда Зигфрид не сдался бы вот так, без боя, спасовав перед наглецом с пистолетом, пусть даже приставленным к его, Зигфрида, лбу. И пусть даже их держат на прицеле еще несколько особей с карабинами – это не есть путь воина, которым с рождения шел гордый вест.

Медленно опуская к протертому гудрону крыши свой арбалет, Книжник уже знал, что, скорее всего, они с Зигфридом сейчас погибнут – но ни за что не отправятся в эту жуткую Стаю, в которой каждого ее члена ломают, превращая в особь той или иной степени безмозглости и безволия.

И как только Зигфрид снесет голову этому наглецу в блестящей каске, арбалетный болт улетит в ближайшего Погонщика, очевидно выполнявшего роль командира. Удастся ли подстрелить еще кого-то – большой вопрос, но погибнуть в неравном бою – не самая плохая смерть в этом мире…

Совершить самоубийственный шаг первыми они не успели. Под ногами задрожала крыша, и из бетонной будки вывалилось нечто большое и страшное, с грохотом и воем рассыпавшее вокруг себя дымящиеся гильзы. Серые Жнецы шарахнулись в разные стороны, запоздало выпуская пули в ревущее нечто.

Этого секундного замешательства хватило Зигфриду на то, чтобы стряхнуть с меча ножны. Неровно забили выстрелы – заваливающийся на спину Вербовщик выпалил, не глядя, в воздух, прежде чем развалиться на две половинки. В ту же секунду Книжник осуществил то, что считал нереальным, – подстрелил ближайшего Погонщика и сразу же удвоил результат, сняв второго, так и не успевшего выдернуть «маузер» из кобуры.

И только после этого понял, что же за сила вмешалась в их судьбу. Хладнокровно добивая серых особей, с маниакальным устройством прущих в штыковую атаку, над полем боя возвышался Инженер собственной персоной. Явился он не с голыми руками, а с авиационной пушкой типа «Вулкан», будто только что выдранной из самолета. Только мощное биомеханическое тело позволяло тащить на себе это внушительное оружие и здоровенный короб с патронами и аккумулятором электропривода за спиной.