Та самая вахтерша всем своим видом показала, что не желает отвлекаться от чтения ради каких-то постояльцев. Пришлось искать самой. Благо, во времена детства она с родителями пожила в подобных общежитиях. Здесь все было однотипное и неизменное: и недовольные работники, и истертый линолеум, и душевая комната на несколько человек в подвале.

Душевая оказалась именно там, где и предполагалась. Вот только никакого разделения на мальчиков и девочек даже в помине не было. Если учесть, что львиная доля проживающих — мужчины, тот как же ей мыться?

Придется нанимателю, как миленькому, караул нести!

Эх, главное, чтобы спинку не предложил потереть, а то ведь отказаться будет сложно…

Булавин, словно прочитав ее мысли, вдруг материализовался в подвале. За отведенное время он тоже успел переодеться, и вместо привычного костюма на феодале были потертые джинсы и простая серая майка. Облик изменился грандиозно…

— Ну что, осмотрела дворец? — начальство было явно чем-то недовольно. — Давай выбирайся, наши уже в самолете, а мне еще тебя Кузьмичу вручить.

— Не надо меня никому вручать… — хмуро возразила девушка. Вот ведь такие фантазии разрушил… — Я не трофей и даже не золотая медаль!

— Пошли уже, горе.

Глеб крепко взял девушку за руку и повел по темной лестнице наверх. В фойе заметно прибавилось народу.

— Это первая смена на отдых пришла, — пояснил Булавин и ускорил шаг.

Здесь, то ли от смены обстановки, то ли из-за быстрой ходьбы, его хромота так не бросалась в глаза. Карина сама не заметила, как они преодолели добрую сотню метров. Впереди уже виднелась площадка для приземления с удобными черными матами и двумя наблюдающими: пожилой мужчина и молодой парень.

К первому из них Булавин подвел девушку.

— Кузьмич, это мой новый помощник, Карина. Сегодня отдаю ее тебе на обучение.

Тот самый Кузьмич, аж присвистнул.

— Глеб, а где моя дубинка? — уставился на шефа с самым серьезным видом.

— Зачем? — не понял Булавин.

— Как зачем, а охламонов я как отгонять буду от такой красоты? — Кузьмич указал на новую помощницу и расплылся в улыбке.

Оба мужчины повернулись к Карине, осмотрели с ног до головы и синхронно вздохнули.

— Я в штаб, оттуда посмотрю, как они сейчас крутят фигуры, а вы тут — нули считайте!

Кузьмич прошелся рукой по шикарным седым усам и сел на раскладной стул. Даже странно, что это был инструктор. Маленький, кругленький, с добродушным лицом и веселыми глазами. Полная противоположность Глебу Викторовичу.

— Да ты, Каринка, не стесняйся, — обнадежил новый знакомый. — Сейчас команда приземлится, станет веселее!

Девушка подняла голову вверх. Самолет был очень высоко. Одиночные точки парашютистов один за одним стали отделяться от борта.

— А что они там делают? — заинтересованно спросила Карина у Кузьмича.

— Они сейчас с двух километров пошли — это значит акробатику. Ты в ТЗК посмотри, впечатляющее зрелище! — он указал рукой на странное приспособление недалеко от матов.

Железный монстр, явно оптического предназначения, с трудом поддавался управлению. Девушка напряженно пыталась поймать в поле зрения крошечные фигурки спортсменов, но ничего не выходило.

— Погодь, сейчас я тебе помогу! — Кузьмич поднялся со своего места и принялся настраивать устройство. — Во, гляди, сейчас как раз Ферзь прыгать будет.

— Леха крутит, как Бог! — подал восторженный голос с галерки щуплый парень. — Никто так не умеет.

— Да, Ферзь такие связки выдает за короткое время… — согласился Кузьмич. — Лучше только Булавин делал.

— Лучше Ферзя? — не поверил парень. — Не, заливаешь, Кузьмич! Даже военные лучше не крутят, это всем известно.

— А ты, сопляк, не возникай. Твоей дубраве еще колоситься и колоситься! Если я сказал, что Викторович был лучше, значит, так и было! Он на мастера выполнился, когда тебя у мамки с папкой и в планах не было. А Ферзюшка наш только девок портить мастак. К его бы таланту извилин в голове побольше…

Карина никого не слушала. От стремительной точности элементов, которые крутил парень, голова шла кругом. И как только человеку под силу вытворять подобное под небесами? Идеально выверенные развороты во всех плоскостях — и ни одной задержки!

— Впечатляет? — Кузьмич с гордостью наблюдал за раскрытием парашюта Ферзя. — Сейчас прилетит наш родимый. А-ну, все с мата! Этот точно на блинчик приземлится.

— Да, Леха ноль выдаст! — юный фанат упрямо верил в своего кумира.

— Гляди, что бы на нашу красавицу не сел! Этот может! — хмыкнул Кузьмич. Он Ферзя давно знал. Таких отчаянных еще поискать!