Тем не менее, Мясник является бойцом огромных размеров. Настолько мясистый, что вдвойне или втройне больше любого другого бойца, его кулаки выглядят, как железные шары, а костяшки пальцев, как шипы. Его только что объявили победителем, а сейчас он выкрикивает кучу ругательств толпе, говоря им, что он "самый сильный ублюдок ринга, которого они когда-либо видели!" и вдруг, пол вздрагивает у него под ногами, когда он сердито начинает шагать по рингу, крича еще громче:

— ДАЙТЕ МНЕ РАЗРЫВНОГО! Позвольте мне, черт возьми, сразиться с Разрывным!!!!!

Бессознательного Молота уносят с ринга, и мой желудок стягивается в узел в ту секунду, когда Мясник стучит себя в грудь, как горилла, продолжая кричать пугающим грубым голосом, как у монстра.

— РАЗРЫВНОЙ!! Ты меня слышишь? Выходи, слабак! Встреться со мной, как с Бенни!

— Он приятель сама знаешь, кого, — говорит мне Пит, закатывая глаза. — И теперь, благодаря прошлогоднему финалу, он думает, что также может побить Рема.

Толпа становится неугомонной. Я замечаю, что жажда Мясника только будоражит публику. Они услышали имя и оно распространяется, как лесной пожар, по всей арене, начиная с ропота и увеличиваясь к более бурному темпу: "Разрывной! Разрывной! РАЗРЫВНОЙ!"

Я немедленно осознаю каждой клеточкой своего тела, что они хотят его вывести. Его хотят, и не только Мясник, но и вся кричащая арена.

— Разрывной! Разрывной! РАЗРЫВНОЙ! — они скандируют.

У меня такое ощущение, будто огромный кулак сжимает все содержимое моего желудка, пока я ожидаю его проблеска. Он зол на меня. Он зол на меня, потому что я возмутительна, и я ненавижу то ,что не могу перестать быть возмутительной, а от этого я зла на саму себя.

— Разрывной, Разрывной!! — продолжает кричать толпа.

Когда толпа становится еще громче, поднимается суматоха и организаторы, похоже, собираются выполнить требование.

— РАЗРЫВНОЙ! РАЗРЫВНОЙ!

— Дайте нам чертового РАЗРЫВНОГО!

Срабатывают динамики, и комментатор звучит запыхавшимся:

— Вы просили его, дамы и господа! Вы просили его! Теперь давайте позволим выйти тому, ради которого вы все сегодня здесь! Единственный и неповторимый, РРРРРРРаааааааааззззззззззрыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыывнооооооой!

Толпа ревет от восторга и мое тело кричит в тишине, в то время, как весь организм на пределе. Мое сердце бьется, легкие расширяются, а глаза болят от того, как пристально я смотрю на проход. Все сосуды и капилляры в моем теле расширяются, чтобы уместить кровоток, а мышцы на ногах, кажется, готовы к бегу, даже не смотря на то, что все, что я могу делать - это беспокойно извиваться на месте. Я никак не могу переубедить свое тело, что Реми не в опасности. И я также. Мой мозг не может понять, что человек, которого я люблю, делает это ради спорта, ради жизни. Ради его душевного благополучия. Так что я сижу здесь, а мое тело обрушивает на меня все те гормоны, которые были бы, если бы меня загнали в угол три медведя, готовые меня съесть.

И затем я вижу, как он выходит на арену - сильный, великолепный, держа себя под контролем.

Он быстро выходит на ринг и снимает свою мантию, в то время, как Мясник продолжает молотить кулаками себя в грудь. Толпа принимает Ремингтона со всей своей любовью и преданностью. Как и всегда.

Я задерживаю дыхание и сжимаю руки в кулаки на коленях, ожидая, когда он посмотрит на меня.

Это убивает меня. Сначала я смотрю в ожидании, затем в страхе, затем в неверии, когда он делает свои повороты, не улыбаясь, потом опускает руки по бокам и встает на свое место. Звенит колокол.

Мужчины атакуют. Я вздрагиваю, когда голова Реми откидывается в сторону от удара.

— О нет!
– мой желудок падает, а перед глазами все размывается, когда я вижу кровь.

Ужасные звуки треска костей звучат один за другим, когда Мясник обрушивает более трех ударов подряд в лицо Реми.

— О Боже, Пит, - задыхаюсь я, закрывая лицо.

— Черт, - говорит мне Пит. — Какого черта он не смотрел на тебя?

— Он меня ненавидит.

— Брук, перестань.

— Мы . . . он . . . мне трудно смириться с женщинами, ясно?

Пит смотрит на меня с противоречивым выражением, и его взгляд сверлит мой профиль, как будто он хочет что-то сказать, но не может.

Ремингтон сердито рычит и начинает защищаться, качая головой и отходя назад. Его лицо в крови из носа, с губы, с маленького шрама на брови, и я даже не знаю, откуда еще.

Мясник снова размахивается, но Ремингтон блокирует удар, и около минуты они обмениваются джебами, пока не объявляют перерыв, тогда они направляются по своим углам. Райли кладет что-то на раны, а тренер кричит на Реми. Он кивает, встряхивает руками, сгибает пальцы и возвращается, теперь сердито занимая позицию лицом к лицу с этим здоровенным ужасным зверем с острыми костяшками пальцев.

Они снова начинают размахиваться и наносить удары.

Ремингтон проводит отвлекающий маневр и Мясник наносит удар в воздухе, где должен был быть Реми. Ремингтон возвращается и наносит апперкот ему в лицо так сильно, что Мясника заносит в сторону.

Мяснику требуется немного времени для восстановления почвы под ногами. Он размахивается рукой, но Реми уклоняется и с совершенной точностью и скоростью наносит ответные удары ему в ребра, в живот и в лицо. Бух, бух, бух!