Шрифт:
— Ты понял суть правильной пропаганды, — чуточку печально улыбнулся император.
На волне недовольства Жан-Франсуа Ребель перехватил власть над Конвентом и стал единоличным правителем. Его мало кто любил: слишком он был фанатичным, слишком ограниченным и не признающим компромиссов. Но в качестве переходной фигуры для консолидации французов под одним знаменем более подходящей фигуры просто не нашлось — одних выбили при бесконечных "чистках", другие имели потенциал, но были незнакомы широкой публике.
Ребель взялся за дело рьяно, прежде всего начав наводить порядок на флоте и в войсках — как умел, то есть казнями… Но тем не менее — справился и французский флот вновь стал боеспособным. Не слишком — очень уж много специалистов было выбито благодаря англичанам.
Британцы тоже не сидели на месте и достаточно активно противодействовали возрождению мало-мальского порядка у галлов. Единственное — Лорды Адмиралтейства в данном случае решили прежде всего набить карманы и уже потом думать об Англии. Потому приоритет отдавался операциям по перехвату караванов, везущих трофеи из разоряемой Италии.
Лорды в итоге обогатились нешуточно, но настроили против себя буквально всю французскую верхушку: таких денег лишили! К 1796 году начались уже не отдельные столкновения рот и батальонов на чужих территориях, а полноценные сухопутные и морские сражения.
По результатам сражений было видно, насколько "просела" французская армия, которая сейчас при равных силах практически всегда проигрывала англичанам. Флот держался заметно лучше и если бы не ранее проведённые британцами диверсии по уничтожению лучших французских капитанов и судов, то пожалуй, термин "Владычица Морей" от Англии бы однозначно ушёл. Но увы — и постепенно флот Франции сдавал свои позиции — не в последнюю очередь потому, что экономика страны была далека от идеала.
Венедия, Уния и Империя выступили в данном конфликте на стороне франков. Точнее — против англичан. Поправка существенная, потому как какого-либо договора заключать не стали — помешала фанатичность Ребеля.
И тем не менее…
" — Выдвигай время от времени балтийский флот на позиции, — приказал император Святославу, — в бой не вступай… Точнее — первым не атакуй и не провоцируй.
— Ну и зачем? — Недовольно спросил сын, — могли бы вместе навалиться на бриттов да задавить их.
Владимир демонстративно закатил глаза — Святослав сегодня продемонстрировал вопиющее нежелание думать…
— А зачем — вместе? — Ядовито спросил он, — Мы что — Договор заключали с Францией? Нет… Постараются ли они обмануть нас? Безусловно — проверенно временем… Да ещё и Ребель — чокнутый фанатик, считающий, что всех королей нужно убивать… Так что пусть воюют, а мы будет руководствоваться английской тактикой — пожинать плоды чужих побед.
"Морской конунг" смущённо отвёл глаза…
— Я это… вчера…
— Да вижу, — ворчливо ответил отец, — что ты "это". Что отмечали-то?
— Повышение Ганса Большого, я ему патент подписал. Ну а поскольку его сын — мой крестник, то и вот…
— Ладно уж… крестник… иди.
В мае 1796 года, воспользовавшись тем, что английская армия завязла в многочисленных противостояниях с французами, Легионы Империи внезапным броском захватили Нидерланды. Каких-либо серьёзных боё просто не было — бюргеры не успели вовремя отреагировать.
Звучит странно, но такова обратная сторона оголтелой масонской пропаганды — обыватели были твёрдо уверены, что Рюген "не посмеет". Частично надежда была на весьма сомнительный, ими же попранный нейтралитет, частично — на Британию, с коей Нидерланды связывали давние торговые и родственные связи.
Вялые попытки сопротивления в уже захваченных провинциях пресекались максимально жёстко — виселицами. Поскольку при этом не было сопутствующих грабежей и насилия, жители достаточно быстро успокоились. Протестантская этика: если завоеватель не лезет к тебе в кошелёк, религию и постель (именно в такой последовательности), то зачем сопротивляться?
Вообще, захват Нидерландов, где главную роль сыграл командующий Легионами однорукий Фёдор Головин, прошёл на удивление буднично [141] . В мае начались боевые действия, а к середине июня Нидерланды были не только полностью захвачены, но и "умиротворены", прекратив военное сопротивление как таковое.
141
Буднично — Нидерланды всегда больше опирались на всевозможные союзы и договора, чем на армию и флот (флот у них был сильный, но скорее колониально-торговый — чисто военные суда там были посредственные), поэтому в описываемой ситуации нет ничего невозможного. Аналогично и с отсутствием Сопротивления: ВМВ прекрасно это показала.
Не полностью — какая-то часть моряков ушла в Британию вместе с пассажирами, составив Вспомогательный Британский Флот. Но поскольку они и без того выполняли аналогичные функции и при "нейтралитете", то император не слишком расстроился…
— Да скверно, конечно, — сказал он Богуславу, с которым и обсуждал сложившуюся ситуацию в кабинете Штральзундского дворца, — но куда деваться-то? Нейтралитет их… сам знаешь.
— Да уж знаю, — недовольно прогудел сын, не отрываясь от кружки с кофе, — сталкивался! Сколько раз было, когда они припасы доставляли нашим врагам или даже десант перевозили. Скверно, конечно… Но я думал, что больше к Георгу уйдут.