А вот с появлением огнестрельного оружия мир маглов и Лиар разошлись окончательно, даже со скидкой на используемое в войсках Империи волшебство. На Лиаре практически не было открытых месторождений одного из основных компонентов для создания первого пороха, описанного в книге, — селитры. Точно так же селитра — по неизвестной мне причине — не образовывалась и вблизи человеческих поселений в отхожих местах. И с тех пор тактика и используемое оружие двух миров стали отличаться всё сильнее с каждым столетием, а взявшие власть в Империи маги активно участвовали в войнах, окончательно закрепив отличия в тактике и оружии.

Особенно надолго я застрял на главах, повествующих о Первой и Второй мировых войнах. Описание колоссальных потерь, понесенных всеми сторонами в ходе этих боен, заставило меня слегка приоткрыть рот — подобных войн я не мог себе представить. Фотографии, показывающие поля битвы после ударов магловской артиллерии и бомбёжек авиации вынуждали задумываться о том, что может противопоставить магия такой всесокрушающей мощи. А поставивший жирную точку в войне с Японией атомный удар и карта распространения разрушений от взрыва бомбы окончательно уверили меня в том, что волшебникам есть от чего беспокоиться за свои жизни.

Завершала книгу глава о так называемом Карибском кризисе. Я уважительно покачал головой, отдавая должное жуткой фантазии магловских оружейников, создавших оружие, способное поражать врага даже за океаном. Маги Лиара таковым похвастаться, к моему счастью, не могли, иначе жизнь на планете исчезла бы еще до моего рождения.

Я еще раз вернулся к описанию наиболее современного из видов ручного оружия — автоматам, пистолетам и винтовкам. Стоило бы заполучить хоть пару экземпляров для изучения, возможно, они пригодятся. Хотя странно, что в мире волшебников продолжают убивать друг друга чарами, а не огнестрельным оружием при всех явных преимуществах и эффективности последнего. Что-то здесь крылось такое, что нельзя было объяснить простой консервативностью образа мыслей волшебников. Может быть, существовали специальные чары, способные защитить от пуль? Это тоже нужно было выяснить: на действительно большой дистанции, как я успел понять, чары были не особо эффективны.

Однако эта книга о магловском оружии, как ни странно, помогла мне ещё на шаг продвинуться к пониманию того, что от меня хотел Незримый. Что бы о нём ни говорили, но невыполнимых поручений он не давал, если верить историческим книгам. А мир маглов в его текущем виде был почти неуязвимым для волшебников, если, конечно, не пренебречь масштабами человеческих жертв. Планета, уничтоженная какой-нибудь колдовской заразой, которую наверняка могли бы вывести маги, Незримому точно не нужна. Значит, моя цель находилась в мире волшебников.

Отложив учебник, я встал в центре гостиной и направил палочку на каменную стену.

— Seco — Diffindo — Expulso!

По стоявшим у стены стульям ударило каменной крошкой — последнее заклинание выбило из стены несколько осколков. Да, с мощью магловского оружия это не сравнится. Но и воевать мне придётся далеко не с... артиллерией.

— Ты что делаешь, Гарри?! — Возмущённый возглас Гермионы прервал мои размышления возле поврежденной стены.

— Проверял, освоил ли заклинание, — я постарался выдать извиняющуюся улыбку, но она не подействовала.

— С тебя же могут снять баллы за порчу школьного имущества! — воскликнула Гермиона, взмахнув руками. — Ты даже в самых худших своих проделках не пытался ломать стены, Гарри Поттер!

— Думаю, мы сможем этого избежать, — меланхолично ответил я. — Динки!

— Да, хозяин Поттер, — пискнул домовой эльф.

— Убери, пожалуйста, эту каменную крошку, — по мере возможности я старался быть вежливым с домовыми эльфами. Благодарил их за помощь, интересовался, как их дела, прощался и здоровался. Мне эта вежливость ничего не стоила, а эльфы взамен отзывались на мои несложные просьбы, хотя и не были обязаны подчиняться ученикам, как я вскоре выяснил.

— Гарри, — Гермиона явственно расстроилась. — Зачем ты эксплуатируешь рабский труд домовых эльфов?

Вопрос девушки о рабском труде застал меня врасплох, поскольку жизнь домовиков оставалась пока что вне моего внимания.

— Динки, — остановил я домовика. Он уставился на меня своими выпуклыми глазками. — Скажи мне, почему вы служите волшебникам.

— Почему эльфы служат волшебникам? — Пискнул эльф. — Наши старейшины, те-кто-помнит, говорят, что раньше мы были свободным народом.