— Стоп! — Повысил голос де Крий. — А теперь я расскажу вам о правилах этой арены, за несоблюдение которых вы отправитесь в карцер... если выживете».

Учебники по магическим зельям и растениям я, быстро пролистав, отложил в сторону. Фактически, это были сборники рецептов, без малейшей систематики и объяснений. Почему, к примеру, зелье Радости требовалось на последнем этапе мешать именно деревянной ложкой против часовой стрелки, а черенки Дракены синей срезать обязательно серебряным ножом и только в первый день после полнолуния? Напомнив себе, что необходимо будет поискать в библиотеке более серьезные труды, я открыл «Теорию магии».

— Мистер Поттер, — голос мадам Помфри вырвал меня из легкого транса, в котором я пытался усвоить новые сведения о магии того мира, где мне предстояло жить. — Время обедать.

— Вы уже всё прочитали? — Она скептически осмотрела протянутую ей стопку учебников.

— Скорее, я их просмотрел, мадам Помфри, — отозвался я, стараясь уложить в голове всё, что узнал из откровенно куцых объяснений автора «Теории магии». — Хотел оценить, сколько мне предстоит выучить заново.

— Ну... с помощью лучшей за последние десять лет ученицы Хогвартса вы вполне можете за лето разобраться с материалом четырех курсов... по крайней мере, с основными предметами. Но про «основные» я вам не говорила, — неожиданно заговорщически улыбнулась мадам Помфри. — Каждый профессор считает свой предмет самым важным.

— И основные предметы это... чары, трансфигурация, защита от темных искусств и зельеварение?

— Вы правы, — мадам Помфри улыбнулась. — И, раз вы выразили желание разобраться в исцеляющих чарах, то, когда догоните однокурсников, можете в свободное время поработать со мной.

— Спасибо, мадам Помфри! — мне почти не пришлось лукавить, чтобы изобразить искреннюю радость.

Вызванный мадам Помфри эльф принёс очередной поднос с едой, на которую я с жадностью накинулся. Целительница задумчиво наблюдала за тем, как я поглощаю хорошо прожаренный кусок мяса, заедая его овощным салатом.

— Ваш организм очень хорошо восстанавливается, — хмыкнула она в ответ на мой вопросительный взгляд. — Аппетит в норме, это нечасто бывает после подобных поражений.

Я промолчал, сосредоточившись на еде. Тело, на которое я имел большие виды, требовало хорошей подкормки.

— Завтра, пожалуй, я выпишу вас из лазарета, — продолжила мадам Помфри, записывая что-то в своей тетради. — Если бы всё это не было так печально, мистер Поттер, я бы сказала, что на вашем примере можно написать неплохую статью в «Современную колдомедицину».

— В принципе, я не возражаю побыть наглядным пособием, — я заставил себя хитро улыбнуться. — Ведь вы согласились помочь мне с магией исцеления.

— Я подумаю об этом, — не менее хитро улыбнулась мадам Помфри. Золотое перо сновало по бумаге, оставляя цепочки непонятных значков.

Спустя полчаса после обеда за дверью послышался быстрый цокот каблуков. Я оторвался от учебника по трансфигурации и встал со стула.

— Гарри! — В лазарет буквально влетела молодая девушка, тут же повиснув у меня на шее. Я в некоторой растерянности провел ладонью по густой гриве каштановых волос.

— Гермиона? — сложив два и два, спросил я, получив в ответ тихий всхлип в плечо.

Отстранившись, девушка уставилась на меня слегка покрасневшими глазами.

— Директор Дамблдор сказал, что ты снова встретился с... Вольдемортом.

Вольдеморт... Вот как звали существо, отправившее на небеса Гарри Поттера.

— Директор не соврал, Гермиона, — я покачал головой. — Он едва не убил меня на кладбище.

Её глаза наполнились слезами.

— Вчера авроры обнаружили то кладбище и доставили тело Седрика Диггори родителям. Это ужасно! В газетах уже написали, что его убил какой-то сумасшедший последователь Вольдеморта.