Наташа с трудом усмехнулась. Ну и образ…

А ведь сначала она решила, что имеет дело с бездомным, недавно выброшенным на улицу щенком. Беспомощный и растерянный, щенок оказался озлобленным бездомным псом, со шрамами не только на шкуре, но и в душе, многое повидавшим в своей жизни, а потому умеющим огрызаться.

Хуже, что даже сейчас, когда личность Радима открывается ей во всей своей полноте, она чувствует, что её всё равно тянет к нему. Как и её волчицу. При одном упоминании Радима волчица начинает сверкать жёлтыми глазами и становиться чувственно игривой. В этом Наташа не совсем её понимала: ей что — тоже такой и быть? Игривой с Радимом, которого она не только подсознательно, но уже и сознательно опасается? Странно. Хотя… Она улыбнулась. Поиграем.

— Да где же он? — прошептала она, в очередной раз хватая мобильник, лежащий на подоконнике в кухне, и видя обычное окошко экрана.

Ранний ужин уже остывал, когда ей позвонили. Алексеич.

— Наташенька, напоминаю, что твою учебную группу я отдал другому. Планирование занятий у тебя?

— Я оставила позавчера у вас на столе.

— Ладно, посмотрю. Ещё раз напоминаю, что теперь твоя учебная группа — это Радим. Где он сейчас, кстати?

— Разносит свои кошмары, — хмуро сказала Наташа.

— Не беспокойся, это недолго будет продолжаться, — вздохнул Алексеич.

Мобильник снова устроился на подоконнике. Бесцельно мотаясь по кухне, девушка поглядывала на него. Позвонить? А если звонок прозвучит, когда он среди этих бандитов? Хоть бы сам позвонил! Недогадлив, как все мужчины!..

Зато позвонил Игорь и бодро сказал:

— Наташа, мы с Леной около твоего подъезда. Пора. Выходите.

— Выхожу, — буркнула она, разочарованная.

И вышла. Ожидавшие возле машины Игорь и Лена не сдержали удивления.

— А где Радим?

— Он задерживается, — мрачно сказала девушка. — Будет позже. Я предупредила его, чтобы он позвонил нам, когда с делами закончит. Обещал приехать на место.

Садясь в машину, она незаметно пригляделась к лицу Игоря. Фыркнула про себя. Живой. Как и обещал Володя.

В воротах кладбища Лена подошла к одной из старушек, торгующих живыми цветами, и взяла несколько пучков бессмертника с корнями.

— У меня здесь бабушка похоронена, — объяснила она. — Как раз успею посадить до Троицы. А то ещё неизвестно, смогу ли в саму Троицу прийти.

— Вообще-то, на Троицу в церковь ходят, службу слушают, свечки ставят, — проворчал Игорь. — А могилки поправить до или после. Тоже — ничего не знают, а…

— Слушай, зануда, я ведь это и делаю! — рассердилась Лена. — До, а не в Троицу хочу высадить цветочки!

— Но почему во время работы?

— Я не во время, — уже совсем разозлилась девушка, — я одновременно!

— Эй, эмпат-миротворец! — окликнула её Наташа. — Ты сейчас не разжигаешь войну, а? Лена, угомонись, нам и так — дел предстоит… Игорь, тоже не кипятись. Она же специально не пойдёт туда, куда ей надо. Будет по дороге — посадит свои цветочки. Нет — так нет. Домой отвезёт.

— Я то же самое сказала! — возмутилась Лена. — Что вы ко мне пристали!

— Красота… — тихо сказала Наташа, и оба её помощника уставились на неё, как на ненормальную. — Ребята, вот это и есть наше задание. Вы даже не заметили, что легко и быстро начали ссориться. Что и происходит на кладбище уже с месяц. Оглянитесь…

Кто предупреждён, тот вооружён.

Теперь, зная, что не они сами причиной внезапной ссоры, Игорь и Лена сразу успокоились и внимательно осмотрелись.

По майскому времени на кладбище было довольно оживлённо. После того как земля подсохла и появилась первая зелень, сюда потянулись те, кто старается держать могилы родственников в порядке, да и воспоминаниям предаться в тишине и покое.

Но сегодня тишины в самом скорбном месте при городе было маловато. То и дело раздавались гневные вопли, перебранка ссорящихся… И это здесь…

— Ничего себе — месяц… — Эмпат-миротворец встряхнула плечами, вооружаясь спокойствием, которое должно теперь окутывать её и плыть за нею невидимым шлейфом, успокаивая хотя бы тех, кто ещё не успел поссориться или рассердиться.

— Наша задача — найти источник, — напомнила Наташа. И обернулась к Игорю. — Не поддавайся на провокации. Не забудь: ты знаешь, что происходит, — они нет.

— А то не знаю, — пробормотал парень, уже насторожённый.

Девушка хотела ему сказать, что знать — это одно, другое — попасться на удочку, цепляющую словно невзначай. Но решила, что теперь, когда оба знают, примерно с чем имеют дело, в подробностях нет смысла объяснять.

Коротко звякнул мобильник. Кажется, эсэмэска пришла. Наташа мельком глянула: хм, наверное, Радим хотел сообщение написать, но не успел. Передал только одно слово. Чайкиной. Фамилия нового «клиента» или «клиентки»?