Гут рассмеялась. Улыбнулся Фард.

– Давай, Пэлто, переворачивайся на живот. Не буду я больше вас ничем плохим поить – Фард меня образумил. А спину твою надо посмотреть – нам в дорогу скоро. Если что – я тебе примочку целебную сделаю. Давай, что ты как девица на выданье?

– Вот за что мне такое везение? – пожаловался мельник кузнецу, задирая рубаху и ложась грудью на землю. – Чтоб в таком виде перед девой красивой предстать?

– Да будет тебе. Ты меня и не в таком виде наблюдал. Так что квиты. Показывай свое сокровище.

За спиной Гут Фард убирал в ножны Фардгрир.

Кнат встретил путешественников палевом заката чуть выше и левее здания управы и огнями внутри городских стен – это гильдия плотников отмечал приход весны, сжигая старые деревянные вещи на трех городских площадях. Весело горели подставки под свечи, ставшие ненужными с наступлением длинного летнего дня, не сожженные за зиму дрова, и в компанию к ним – старая деревянная рухлядь. Богатый лесом Сосновый удел мог себе это позволить, а горожанам нужен был праздник после долгой зимы. Хозяйки с радостью пользовались этим случаем избавиться от старья и тащили все ненужное к огромным кострам, вокруг которых дежурили стражники с пиками и ведрами, полными воды. После того, как более сотни лет во время такого же Огнева дня сгорела половина Кната, за пламенем следили рьяно.

Трактир «Перепел и яйцо» гостеприимно распахнул свои щербатые двери Фарду, Пэлто и Гут. Мельник сразу приосанился – ведь из всех троих монеты звенели только в его карманах, и было их там немало. Долго и степенно беседовал с трактирщиком, который, приняв по случаю Огнева дня горячительного, все порывался рассказать господам с дальних лесов, зачем да почему его заведение так называется. Но Пэлто рассказ слушать не стал, а вот торговался ожесточенно, и выспрашивал про комнаты наверху подробно. После отсчитал монеты - как уговорились.

Наскоро перекусив горячей похлебкой и отказавшись от предложенного пива, усталые путники направились по лестнице на второй этаж. Комната для Гут оказалась совсем крошечная – кровать, табурет да свеча на полу. Но травница возмущаться не стала, и перед Пэлто с Фардом захлопнулась дверь. И почти тут же послышался звук накинутой щеколды. Мужчины переглянулись и удовлетворенно кивнули. А Фард еще подумал, что две отдельные комнаты, которые безропотно оплатил прижимистый мельник - не только для соблюдения приличий. Спокойнее как-то, когда травница спит не рядом, а за стеной. От них подалее. И от меча.

Утром, за завтраком из молока и хлеба договорено было, что нужен им рынок – припасов купить. Идти им все одно пешком – верхом никто ездить не умел, да и денег кони стоили столько, что и думать об этом не стоило. А Зеленый Тракт, после Кната носивший именование Западного, был в этих краях уже хорошо наезжен, и за небольшую денежку, а то и за рассказ, ласковую улыбку или доброе слово можно проехать часть дороги с попутным обозом. Но дорогу выспросить все одно следовало, за чем и был позван трактирщик – с утра трезвый и от того смурной.

– Через Гарруду вам идти следует, люди добрые, - таков был его ответ на вопрос о дороге к Ущелью Железного Моста.
– Я почему знаю – господа гномы наведываются к нам за товаром. Все же знают, что нигде в Полесье нету лучше дерева, чем в Кнате! А им надобно – для дел их рудных дерево тоже требуется, да особое. Вот и торгуют у нас лес - раз в год, на осеннюю ярмарку наезжают. А, бывает, что и чаще. У меня не останавливаются – чего нет, того нет, врать не стану. А вот где останавливаются – там заведение держит мой шурин, он и рассказывал, стало быть.

– А что – другой дороги нет, не через Гарруду? – спросила Гут. Трактирщик уставился на нее, словно кувшин с молоком голос подал – не привык, видимо, чтобы женщины с ним так, да на равных, да чуть ли не повелительно. Почесал затылок – раздумывая, отвечать ли бабе дерзкой. И решил, что не его это забота – послушанию чужих баб учить.

– Есть, как не быть. Через Стежанские болота идет. В обход столицы. И короче так почитай вдвое. Гномы там не ходят – с телегами своими тяжелыми. Вы – налегке, авось и пройдете. Да только без проводника делать там нечего. А проводники через болота, говорят, люди и лихие, и цену ломят…

– Я в болото не полезу! – Пэлто и головой замотал для убедительности.

Гут тихо вздохнула. Мельник был прав.

– Спасибо тебе, хозяин, за приют и совет, - веско хлопнул ладонью по столу Фард.
– Значит, пойдем через Гарруду. Стольный град посмотрим.

Гут вздохнула еще тише и еще горше.

___________

Рынок снова показал Пэлто хозяином жизни. И монеты у него, и торговаться он умеет, и толк в хлебе знает. Фард с Гут заскучали, а Пэлто на них только покрикивал, чтоб по сторонам не глазели да шевелились быстрее.