Я была всего в двух кварталах от работы, когда среди утренней толпы людей увидела Риса, идущего ко мне навстречу. Выражение его лица было напряженным. Я опаздывала всего-то на пять минут. Пять. Ладно, семь (максимум), а он уже стал меня разыскивать? Я даже пропустила свой ритуал с утренним кофе, лишь бы успеть на работу. В голове начали проноситься варианты оправданий, и мысли постоянно возвращались к тем разам, когда мне приходилось оставаться допоздна, чтобы закрыть магазинчик, потому что у него было свидание. Нужно было запомнить точное количество подобных случаев. Сейчас это пришлось бы очень кстати.

— Рис, я...

— Как раз вовремя, — он взял меня за руку и развернул в ту сторону, откуда я пришла. — Продолжай идти. Ты не захочешь заходить в магазин.

— Что происходит? — в сумочке завибрировал телефон. На экране высветилось имя Мала. — Мал?

— Э, привет. У меня есть две новости: одна хорошая, вторая плохая. Какую хочешь услышать первой?

— Это как-то связано с тем, что Рис не дает мне попасть на место работы?

— Да, он позвонил сюда несколько минут назад, — он издал страдальческий вопль. — Дело в том, что наши с тобой вчерашние совместные фотографии из ресторана попали в сеть. Кто-то узнал тебя и рассказал репортерам, которые в настоящее время ошиваются вокруг магазина в ожидании, когда же можно будет покопаться в истории нашей любви.

— Понятно, — вот теперь можно было официально считать, что мне стало страшно. Рис быстро перевел меня на другую сторону улицы и потянул дальше, к следующему кварталу. — А какая хорошая новость?

— Теперь о нас все знают. Нам не нужно прятаться.

— Да мы в любом случае не прятались.

— Тоже верно. Извини, Тыковка, но больше хороших новостей нет. Некоторое время придется туго.

— Тебе повезло, что ты мне чертовски нравишься. Что будет дальше?

Мы зашли в кафе. В углу был свободен столик, и мы с Рисом пошли к нему.

— Скорее всего, репортеры просто раздобудут какую-нибудь информацию о тебе или же выдумают дерьмовую историю, которую бы схавал народ. Они захотят побыстрее найти хоть что-то, затем разлетятся новости и станет еще больше людей, копающихся в твоей жизни. Но это будет ничто, по сравнению с тем, что было с Эв, потому что мы не сделали ничего безумно глупого, типа свадьбы в Вегасе, — он вздохнул. — Не делай ничего провокационного, и они потеряют интерес. А пока что, как ты смотришь на то, чтобы мы пожили в отеле?

— А что насчет работы? — спросила я его, затем покачала головой и повернулась к Рису. На самом деле, этот вопрос стоило задавать боссу. Я обратилась к Рису. — Что насчет работы?

Рис вопросительно изогнул брови, в то время как Мал кашлянул.

— Ну, я подумал, что ты захочешь поговорить с ним по этому поводу, — сказал Мал.

— Все верно.

— Но, Энн, хотя бы сейчас не переживай насчет денег, ладно? Это я возьму на себя.

Хм-м. Об этом я не подумала. Хотя, если рассуждать трезво, раз я была с Малом, значит, окажусь вместе с ним в одном номере. Моя арендная плата была оплачена на месяцы вперед. А ничего больше мне и не требовалось, помимо периодического приема пищи.

— Хорошо. Мал, пожалуйста, просто дай мне минутку, — я немного отодвинула телефон от уха. — Извини. Так что скажешь, Рис?

— Мы с ним говорили, — ответил Рис. — Он сказал, что безумие будет продолжаться где-то до следующей недели, но затем все стихнет.

— Извини за репортеров. Но я в любом случае хотела попросить у тебя несколько выходных. Я понимаю, что прошу без заблаговременного предупреждения, но учитывая обстоятельства...

Рис вздрогнул, и паника возросла, как во время прилива. Прошлой ночью он не выглядел злым, но это не значило, что он не испытывает недовольства или решил, что с него хватит, и пришло время меня уволить. Сложившаяся картина могла довольно быстро испортиться.

Но он вздохнул и опять расслабился.

— Ты собираешься ехать с ним в турне?

— Мне бы этого хотелось. Хотя бы ненадолго. Такая возможность дала бы шанс на то, что эти отношения перерастут в нечто большее.

— Наверное, в этом есть доля разумного. Хотя, если ты застрянешь возле него, то эта хрень будет продолжаться. Ты думала об этом в таком свете?

— Ты спрашиваешь, брошу ли я его из-за этого?

— Конечно же, нет.

— Я не откажусь от него, Рис.

Он отвернулся.

— Энн, я могу прикрыть тебя на неделю. Без заблаговременного предупреждения, не думаю, что смогу дать тебе больше дней отпуска.

— Нет, недели было бы достаточно. Спасибо.

— Можешь считать, что ты в отпуске. К тому же, я не могу позволить, чтобы вокруг магазина шатались репортеры, распугивая покупателей. Я поменяю график смен, распределю их между Тарой и Алексом.

— Я, правда, очень ценю это.

Он поморщился.

— Ты обалденный друг.

— Это я обалденный, — сказал мне на ухо Мал. — Я намного обалденнее его, что даже не могу... да нас никак не сравнить. Почему ты вообще в отношении него употребляешь это слово?