Да. Сдаваться не в моем характере.

Нет, конечно, нет. Извини, я просто не привык к таким масштабам вре­менных промежутков. Чем же ты хочешь теперь заняться?

Я должна поймать Йоханссона.

Да, понимаю. Что ж, я пользуюсь некоторым влиянием в Фонде, это от­мечено в контракте. Можно устроить так, чтобы Казначейство назначило тебе постоянный оклад, это немного, но тебе не придется беспокоиться о деньгах, и ты сможешь преследовать этого дьявола в человеческом обличье.

Паула рассмеялась, хоть и сознавала, что может обидеть собеседника. Она склонялась к мысли, что приезд сюда был грандиозной ошибкой. Она под­далась инстинктивному порыву. Леонард был вольнодумцем и к тому же последней ниточкой, связывающей ее с Алексисом. Она обвела взглядом библиотеку, прикидывая, что бы изменила в этом доме, если бы осталась. Окраска, мебель, обои — все это могло бы изгнать признаки академической ветхости.

Леонард, все сто пятьдесят лет Содружество платило мне неплохой оклад и компенсировало все издержки. Кредит за квартиру я выплатила еще сто во­семь лет назад. Питалась я по большей части в служебной столовой. Все, что я покупала, это шесть костюмов в год и кое-что из повседневной одежды. Кро­ме отчислений на страховку «О&О», все деньги поступают на управляемый СИ счет, и он растет, несмотря на инфляцию. Я тебе благодарна, но не нуждаюсь в деньгах.

Чем же я могу тебе помочь?

Считается, что вольнодумцы способны беспристрастно оценить масштаб­ную картину. Я хотела, чтобы ты подсказал мне дальнейшие шаги. Даже если это будет похоже на отпущение грехов.

Никакая религия… нет, забудь. Ты говоришь, что хочешь услышать от меня, что делать дальше?

Возможно, я хочу услышать подтверждение собственным мыслям. И мо­жешь не забивать себе голову подробностями.

Я даже не уверен, что достаточно разобрался в твоем расследовании. Но ты получила определенные возможности. И не привыкла сдаваться. Тебе из­вестно, что Йоханссон должен предстать перед судом. Паула, воспользуйся своим талантом и поймай его.

Но должна ли я это делать? — пробормотала она.

От одной только этой мысли по спине пробежал холодок.

Почему нет?

А вдруг он прав? Вдруг Звездный Странник действительно существует и оказывает тлетворное влияние на наших политиков?

Господи, да разве это возможно? Мне все это представляется теорией за­говора.

Знаю. Но в расследовании, которое я никак не могу завершить, все время появляются новые противоречия. До сих пор казалось, что мотивы Йоханссона достаточно просты, что движение Хранителей первоначально было основано ради ограбления в Лас-Вегасе, а затем продолжило существование, чтобы обе­спечить Йоханссону безбедную жизнь за счет доходов. Но если он прав и Звезд­ный Странник действительно подтолкнул нас к полету в систему Пары Дайсо­на, многие вещи становятся более понятными. Во-первых, он никогда не от­ступал от своей веры в существование Звездного Странника. Единственный человек, который так же твердо придерживается своей позиции, насколько мне известно, — это я.

Ага, теперь я понимаю, почему ты пришла ко мне. Это вопрос морали. Надо ли отказаться от преследования Йоханссона, хоть он, безусловно, заслу­живает наказания, и направить усилия на поимку Звездного Странника, не­смотря на то что его существование еще не доказано.

Что-то вроде того, — кивнула Паула.

Она еще не говорила, что больше ни с кем не могла обсудить создавшуюся ситуацию. Она до сих пор не знала, кому было можно верить.

Как ни лестно мне твое доверие, я не уверен, что смогу дать определенный ответ. Я плохо разбираюсь в политике Содружества, а расследование, похоже, затрагивает именно эту область.

Нет, не совсем так. Политики со своими стремлениями, особенно Ко­лумбия, тесно связаны с этим делом. Но меня заботит не их борьба за власть, а результат этой борьбы. Если ты еще сомневаешься в существовании Звезд­ного Странника, стоит обратить внимание на Найджела Шелдона. Он тоже как-то в этом замешан. С какой стороны ни посмотри, Йоханссон всегда вы­ступал против политической власти. Это может означать, что он связан с какой-то мелкой политической группировкой, и тогда стало бы понятно, почему он так долго пользуется поддержкой кого-то из правительства Со­дружества.

Подожди. Ты же сказала, что Шелдон противился досмотру грузов, по­ступающих на Дальнюю.

Так сказал мне Томпсон Бурнелли.

Тогда почему же Йоханссон борется и с ним тоже?

Не знаю. Возможно, он этого не делает. Это в том случае, если Бурнелли не ошибался. Если бы Йоханссон сумел убедить Шелдона в реальности угрозы, исходящей от Звездного Странника, ему не понадобились бы ни Хранители, ни «кража червоточины», и тогда все наше Управление занималось бы поисками чужака. Но он не смог его убедить, однако Шелдон все-таки блокировал запрос о досмотре.

Насколько можно доверять сенатору?

В этом вопросе? Полностью.

Леонард с озадаченным видом откинулся назад.

Это не укладывается в рамки логики.

Только потому, что нам не хватает информации.

Зато есть твоя решимость завершить расследование. Да, я понимаю. Но какую его часть? Интересная дилемма. Ты в состоянии противодействовать Шелдону?

В нынешних обстоятельствах я могу рассчитывать только на одну встре­чу с могущественной личностью. И потому надо тщательно все продумать. Если Шелдон действительно в этом замешан, он просто будет все отрицать, и меня, вероятно, ожидает та же судьба, что и сенатора.