– Эй. – Я шагнул к нему и сжал его плечо. – Все будет хорошо. Бет и… и малыш будут в порядке. Мы найдем выход.

На лице Доусона появилась улыбка облегчения.

Я не представлял, как мы собираемся выпутываться, но женщины рожали детей с незапамятных времен и без всяких докторов. Не так уж это и сложно, наверное? Тем не менее от таких мыслей мне хотелось заехать самому себе в ухо.

Рождение детей пугало меня до смерти.

Мы поговорили еще немного, и я пообещал хранить тайну. Они были не готовы поделиться новостью со всеми, и я мог это понять. Мы с Кэт тоже никому не говорили о том, что в некотором смысле поженились.

Брак.

Дети.

Инопланетяне в Вегасе.

Долбаный мир подходил к концу.

Все еще не придя в себя от потрясения, я направился в гостиную. Там я остановился перед диваном, где калачиком свернулась Кэт – одеяло сбилось в кучу под подбородком. Она спала.

Опустившись рядом, я осторожно поднял ее и заключил в объятья, ее ноги вытянулись и переплелись с моими. Она шевельнулась, перекатилась на бок, но не проснулась.

Несколько часов я таращился в темноту за окном.

Самым важным сейчас было продумать свои дальнейшие шаги. Не просто убежать и спрятаться. Черт возьми, спрятаться будет почти невозможно. Теперь мир знал о нас. С этого момента и дальше ситуация становилась бы только опаснее.

А через несколько месяцев у нас появится ребенок, о котором нужно заботиться, – ребенок, способный причинить любые разрушения.

Мы должны были что-то сделать. Мы должны были защититься, изменить будущее – иначе его просто не будет ни для кого из нас.

Я провел рукой по спине Кэт, обхватив ладонью ее затылок. Наклонив голову, прижался губами к ее лбу. Она сонно пробормотала мое имя – грудь стиснуло от силы эмоций, которые я испытывал к ней. Я откинулся к спинке дивана и долго смотрел в темное окно.

Неопределенность завтрашнего дня нависала, как грозовая туча, но существовало кое-что – я был абсолютно уверен – более зловещее, нежели поджидавшая нас неизвестность.

За нами будут охотиться и люди, и Лаксены.

И если они думали, что открыть миру правду – самое экстремальное из того, что я мог совершить, защищая тех, кого люблю, то они ничего не понимали.

Они понятия не имели, на что я действительно был способен.

^ смутно помнила, как Дэймон лег около меня на диван и обнял, но совсем не это разбудило меня несколькими часами позже. Ночью, в какой-то момент, его руки напряглись вокруг меня и крепко сжали.

Он был в своей истинной форме, не только красивой, но обжигающей и ослепляющей.

Стараясь ослабить хватку, я повернулась в его объятиях, щурясь от резкого света.

– Дэймон, проснись, ты…

Он резко проснулся и сел так быстро, что я чуть не свалилась на пол. Свет потускнел, и он вернулся в человеческую форму, смутился.

– Такого со мной не случалось с детских лет – принять истинную форму, не осознавая этого.

Я погладила его по руке.

– Стресс?

Он покачал головой, посмотрел куда-то поверх моего плеча. Лицо напряглось.

– Не знаю. Это…

Наверху послышались шаги, и через несколько секунд все собрались внизу. Вид у остальных был такой же недоумевающий. Высвободившись из объятий Дэймона, я отбросила одеяло и встала.

– Что-то происходит, да?

Ди подошла к окну и отодвинула тонкую занавеску.

– Не знаю, но я чувствую…

– Я проснулся, думая, что кто-то зовет меня по имени, – Доусон обвил рукой плечи Бет. – Ия светился.

– Со мной то же самое, – кивнул Дэймон, тоже вставая.

Люк пробежал рукой по взлохмаченным волосам. В пижаме он наконец-то выглядел на свой возраст.

– Я чувствую какой-то зуд.

– Я тоже, – тихо высказался Арчер и, потирая челюсть, покосился в темноту за окнами дома.

Я взглянула на Бет, та пожала плечами. Казалось, только мы не почувствовали того, что заставило Лаксенов и Истоков встревожиться.

Все они вдруг застыли – все, кроме меня и Бет. Один за другим Дэймон, Доусон и Ди на долю секунды перешли в форму Лаксенов, а потом вернули свой человеческий облик. Это произошло так быстро, так неожиданно, словно на пару мгновений в комнату заглянуло солнце.

– Что-то происходит, – произнес Люк, поворачиваясь и направляясь к входной двери. – Что-то серьезное.

Он вышел из дома, и мы последовали за ним. Я ступила в холодный ночной воздух, держась ближе к Дэймону, который шагал по усыпанной гравием дорожке, а потом по траве. Мягкие травинки холодили босые ноги.